title: Жуткое (психоанализ)

text: Понятие «жуткое» стоит на пересечении психоанализа и эстетики. В своей работе Фрейд отмечает, что эстетика с большим желанием занимается рассуждениями о величественном и прекрасном, нежели о зловещем и отталкивающем. Очевидно, что Фрейд упустил из поля зрения кантовское понятие "возвышенное", которое если и не является прямым аналогом фрейдовского «жуткого», то, по крайней мере, находится с ним в диалектических отношениях.


title: Жуткое (психоанализ)

text: В своей статье Фрейд приводит цитату Фридриха Шеллинга:


title: Жуткое (психоанализ)

text: "«Жуткое — это то, что должно было бы быть скрытым, но обнаружило себя»."


title: Жуткое (психоанализ)

text: Заимствуя термин Фрейда, исследователи нередко сталкивались с его непереводимостью. Проблема в том, что немецкое слово «Unheimlichkeit» при переводе теряет ряд вложенных в него смыслов, и русский его аналог «жуткое» является лишь максимально приблизительным вариантом. В слове Un-heimlich-keit можно вычленить суффикс «keit», который делает прилагательное unheimlich существительным. При анализе феномена жуткого для Фрейда очень важно отрицание «un», и корень «heim» (корень слова, который означает «близкое», «родное», «heimat» — с немецкого «родина»). В русском слове «жуткое» отсутствует отрицание и связь с «родным».


title: Жуткое (психоанализ)

text: Развивая дальше концепцию «жуткого», Фрейд обращается к новелле Эрнста Амадея Гофмана «Песочный человек» (1816). Анализируя текст художественного произведения, психоаналитик выделяет основные механизмы для создания эффекта «жуткого»: куклы, восковые фигуры, двойники, призраки, роботы. Все эти объекты объединяет одна и та же черта: мы не в состоянии сказать, жив этот объект или мертв. Все они, так или иначе, напоминают нам человека, но есть и что-то, что выдает в них «нечеловеческое» или «неживое». Именно на этом эффекте выстроена почти вся индустрия фильмов ужасов. К теме двойников обращались в своем творчестве и такие мастера как Альфред Хичкок и Брайан Де Пальма, Стэнли Кубрик и Дэвид Кроненберг.


title: Жуткое (психоанализ)

text: Отечественный психоаналитик и киновед Виктор Аронович Мазин утверждает, что искусство по природе своей является «двойником реальности», а потому напрямую связано с феноменом жуткого:


title: Жуткое (психоанализ)

text: "«Искусство своим технэ напоминает нам о том, что мы, люди, есть искусственные существа. Мы — существа, созданные по образу и подобию других и затем погружающиеся в символическую Вселенную. Это погружение-отчуждение, причем отчуждение конститутивное. Иначе говоря, только благодаря отчуждению от самого себя я и возникаю. И в этом отчуждении — жуткое. И произведение искусства нам об этом напоминает. В произведении искусства заключена техника производства призраков, указывающих на своего создателя, человека»".


title: Жуткое (психоанализ)

text: Австралийский медиатеоретик Скотт Маккуайер в своей книге «Медийный город» пишет, что еще в 1880-х годах, когда фотография стала доступной, была отмечена невероятная способность камеры «похищать» визуальные обличия предметов.


title: Жуткое (психоанализ)

text: Нередко фрейдовское «жуткое» рассматривают в связке с воззрениями немецкого философа экзистенциалиста Мартина Хайдеггера. Описывая метафизический страх Хайдеггер обращается к чувству жуткого, которое возникает от угрозы вторжения Ничто в Бытие. Жуткое по Хайдеггеру означает чувство экзистенциальной бездомности.


title: Куролап, Семен Александрович

text: Куролап Семен Александрович (род. 19 февраля 1958 года) — советский и российский географ, известный специалист в области медицинской географии и геоэкологии. Декан факультета географии, геоэкологии и туризма Воронежского государственного университета. Доктор географических наук, профессор.


title: Куролап, Семен Александрович

text: В 1980 году окончил географический факультет Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова по специальности «География» со специализацией «Биогеография».


title: Куролап, Семен Александрович

text: В 1987 году защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата географических наук.


title: Куролап, Семен Александрович

text: В 1999 году защитил диссертацию на соискание ученой степени доктора географических наук по теме «Геоэкологические основы мониторинга здоровья населения и региональные модели комфортности окружающей среды».


title: Куролап, Семен Александрович

text: С 2000 года — заведующий кафедрой геоэкологии и мониторинга окружающей среды Воронежского государственного университета.


title: Куролап, Семен Александрович

text: В 2003 году присвоено ученое звание профессора.


title: Куролап, Семен Александрович

text: С 2017 года — декан факультета географии, геоэкологии и туризма Воронежского государственного университета.


title: Куролап, Семен Александрович

text: С. А. Куролап — известный и крупный специалист в области медицинской географии, геоэкологии, экологии человека и урбоэкологии. В настоящее время конкретные научные интересы связаны с обоснованием геоэкологических и информационных основ медико-экологического мониторинга индустриально-аграрных и урбанизированных регионов (на примере Центрального Черноземья), разработкой научно-методических принципов экологической оценки состояния окружающей среды, созданием моделей комфортности среды обитания по комплексу геоэкологических критериев. Реализовывал множество крупных научных проектов, в т.ч. при финансовой поддержке грантов Минобрнауки РФ, РФФИ, DGF, ЕС и др. В 2008 - 2012 гг. под руководством профессора С.А. Куролапа реализован международный экологический проект по проблемам глобального изменения климата и его последствиям в крупных промышленных городах Германии и России (совместно с факультетом метеорологии немецкого университета г. Кассель), а в 2012 - 2016 гг. выспупал координатором от Воронежского госуниверситета в крупном международном проекте TEMPUS ("HUMAN Security") по проблемам радиоэкологической безопасности. Организатор и руководитель учебно-научного-производственного центра "Экология человека", который бал создан на основе кооперации кадрового и научно-технического потенциала Факультета географии, геоэкологии и туризма ВГУ и Центра гигиены и эпидемиологии в Воронежской области; учебного ресурсного центра радиоэкологической безопасности, созданного при финансовой поддержке ЕС в рамках реализации проекта TEMPUS. Эксперт РАН по Наукам о Земле.


title: Куролап, Семен Александрович

text: За короткое время на кафедре геоэкологии и мониторинга окружающей среды ВГУ под руководством С.А. Куролапа выполнены оригинальные исследования в области медицинской географии, которые по авторитетному признанию Б.Б. Прохорова известны научной общественности, как «Воронежский эксперимент».


title: Куролап, Семен Александрович

text: Научная работа тесно связана с учебно-методической деятельностью. Им разработаны авторские курсы "Экология человека" и "Медико-экологический мониторинг" для студентов географических факультетов. Разработал учебный план и руководит магистратурой в области экологического мониторинга, радиоэкологической безопасности и оценки воздействия на окружающую среду. Автор и соавтор более 350 научных публикаций, 50 учебных пособий и учебно-методических работ. Научный руководитель аспирантуры по специальности "Геоэкология" в Воронежским университетом. Под его научным руководством защищено 8 кандидатских диссертаций.


title: Куролап, Семен Александрович

text: Научные организации:


title: Куролап, Семен Александрович

text: Учебные и методические организации:


title: Куролап, Семен Александрович

text: Членство в редколлегиях научных журналов:


title: Куролап, Семен Александрович

text: Членство в диссертационных советах:


title: Куролап, Семен Александрович

text: С.А. Куролап является автором и соавтором более 400 научных работ, в т.ч. 17 монографий. Его статьи изданы в известных рецензируемых научных журналах, таких как "Вестник Московского университета", "Вестник Воронежского государственного университета", "Проблемы региональной экологии", "Экологические системы и приборы", "Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии", "Здравоохранение в РФ", "Теоретическая и прикладная экология" и др. Руководил и принимал участие в разработке различных карт и атласов, среди которых наиболее известны "Атлас Воронежской области" (1994), "Медико-экологический атлас Воронежской области" (2010), "Эколого-географический атлас-книга Воронежской области" (2013).


title: Темирская городская администрация

text: Темирская городская администрация — административно-территориальное образование в Темирском районе Актюбинской области.


title: Темирская городская администрация

text: В состав Темирской городской администраций входят: город Темир (2678 житель) и аул Жамбыл (307 житель).


title: Абу-эз-Зулуф

text: Абу-эз-Зулуф () — небольшой город в Катаре, на территории муниципалитета Эш-Шамаль.


title: Абу-эз-Зулуф

text:
Город находится в северной части Катара, в пустынной местности, на берегу Персидского залива. Абсолютная высота — 0 метров над уровнем моря.
Абу-эз-Зулуф расположен на расстоянии приблизительно 86 километров к северо-северо-западу (NNW) от Дохи, столицы страны.


title: Абу-эз-Зулуф

text: По данным официальной переписи, численность населения города в 2015 году составляла 1660 человек. Средняя плотность населения — 3,9 чел./км².


title: Абу-эз-Зулуф

text: Ближайший аэропорт — Международный аэропорт Бахрейн.


title: Ирикау (Знаурский район)

text: Ирикау (), ранее Верхний Дван (, — "Земо-Двани") — село в Закавказье. Согласно юрисдикции Южной Осетии, фактически контролирующей село, расположено в Знаурском районе, согласно юрисдикции Грузии — в Карельском муниципалитете.


title: Ирикау (Знаурский район)

text: Расположено на реке Самцхара (правом притоке р. Проне Восточная, которая впадает в Куру), в 1 км к юго-востоку от юго-осетинского села Принеу и в 1 км к северо-западу от грузинского села Двани, располагающегося за пределами бывшей ЮОАО.


title: Ирикау (Знаурский район)

text: Село населено этническими осетинами. В 1987 году — 70 человек. По переписи населения 1989 года в селе Верхний Дван жило 60 человек, из которых осетины составили 100 %. По переписи населения 2015 года — 48 жителей.


title: Вудард, Бен

text: Бен Вудард ( — современный философ, писатель, блогер, специалист в области медиа, натурфилософии XIX века, кино и литературы в жанре хоррор и видеоигр, сотрудник Университета Люнебурга в Германии. Считается представителем спекулятивного реализма.


title: Вудард, Бен

text: Получил степень бакалавра в области изящных искусств в университете Аризоны и степень магистра в . В 2015 получил степень доктора философии на факультете теории и критики в . Ведет философский блог.


title: Вудард, Бен

text: Как и многие современные философы Бен Вудард заимствует концепции из литературы, научной фантастики (Лавкрафт, Томас Лиготти), видеоигр, комиксов и фильмов. Вударда считают представителем современной философии пессимизма. Сам он полагает, что рассматривать судьбу человеческой расы с учетом неизбежности тепловой смерти Вселенной не то же самое, что быть настроенным пессимистично по отношению к местной политической или социальной ситуации. Пессимизм по Вударду обладает силой прояснения в том смысле, что он дает понять, что люди могут сделать в подходящем масштабе, без того чтобы привносить туда более высокие или низкие чувства. Темный витализм Бена Вударда учит воспринимать грибы как материальную импликацию некоего зловещего Оно, не обладающего даже подсознательными и бессознательными импульсами в связи с отсутствием у грибов психики. Сегментация территорий, смешивание вещественных потоков, детерриторизация — все эти возможности (даже как виртуальности) порождают страх человека перед грибом. В качестве примера подобного страха Вудард приводит «серую слизь», мотивы которой возникают в научной фантастике и расу грибов Ми-Го из творчества Говарда Лавкрафта. Также Вудард считает, что Джеймс Джойс демонстрирует «грибной характер» материального мира в предпоследней главе «Улисса», показывая содержимое полки Молли Блум. Бездонные размеры полки, бесконечное количество абсолютно ненужных, не связанных между собой предметов, непонятно каким образом там оказавшихся. Вудроу определяет это словом «хаокосмос». Чистая территоризированная бесконечность, наглядная демонстрация первичного химического бульона, химической слизи. Одновременно с этим, Бен Вудард пишет, что даже этому хаокосмосу, который не подчиняется никаким строгим законам, присуща определенная организация, система.


title: Вудард, Бен

text: Бен Вудард. Динамика слизи — Издательство: Гиле Пресс; 2016 — 84 c. — ISBN 978-5-9906611-3-4


title: Назарабад (шахрестан)

text:
Назарабад () — один из шахрестанов иранской провинции Альборз. Административный центр — город Назарабад.
В административном отношении содержит в своём составе два бахша, которые, в свою очередь, подразделяются на три сельских округа (дехистана):
В состав шахрестана Назарабад входят два города: Назарабад и Танкеман.


title: Назарабад (шахрестан)

text: По данным переписи 2006 года население шахрестана составляло 128 666 человек (65 450 мужчин и 63 216 женщин). Насчитывалось 32 373 домохозяйства. Уровень грамотности населения составлял 76,4 %.


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: Перепись населения и жилищного фонда 2000 года () стала первой всеобщей переписью населения, которая была проведена в Эстонии с момента повторного обретения независимости и третьей по счёту, если учитывать переписи в 1922 и 1934 годов, проведенные в период первой независимости. Была проведена 31 марта 2000 года. Всего в переписной анкете был задан 31 вопрос, в том числе 12 вопросов о домашнем хозяйстве и жилище. Результаты были постепенно опубликованы в виде серии из 11 сборников. Интересно что итоги переписи выявили значительный (62 тыс. чел) недоучёт в наличном населении. Причиной этого в частности является тот факт что в Эстонии нет юридического регулирования регистрации по месту жительства, что затрудняет получение точных сведений об эмиграции и внутреннем перемещении, делая текущую статистику неточной. Крупнейшими городами страны оставались столица Таллин, где живут 404 тысяч жителей (из них 182 тысячи мужчин), и Тарту — 101,2 тысячи (в том числе 44,9 тысячи мужчин).


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: За межпереписной период 1989—2000 годов население страны впервые сократилось столь резко в мирное время: с 1 565,7 тысяч человек по данным переписи 1989 года до 1 376,7 тысяч человек или на 12,1% (менее существенное сокращение населения продолжалось и впоследствии).


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: 1 370 052 указали свою национальность. Из них эстонцы составляли 930 219 (67,90%), 351 178 — русские (25,63%), украинцы — 29 012 (2,12%), белорусы — 17 241 (1,26%), финны — 11 837 (0,86%), татары — 2 582 (0,19%), латыши — 2 330 (0,17%), поляки 2 193 (0,16%), евреи 2 145 (0,16%), литовцы 2 116 (0,15%), немцы — 1 870 (0,14%) и представители других национальностей — 9 410 (0,69%). 7 919 человек (0,58%) свою национальность предпочли не указывать.


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: Впервые с 1940 года в Эстонии наметился рост доли (но не числа) этнических эстонцев: с 61,5% в 1989 до 67,9% в 2000 году, хотя их абсолютное число впервые сократилось, хотя и несколько менее значительно чем число представителей других национальностей. Доля этнических русских на фоне этого упала с 30,3% до 25,6%, украинцев — с 3,1% до 2,1%, белорусов — с 1,8% до 1,2% и финнов — с 1,1% до 0,9% населения.


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: Среди эстоноземельцев насчитывалось 634,7 тысяч мужчин и 742 тысячи женщин. Доля женщин в Эстонии является одной из самых высоких из постсоветских республик, при этом в постсоветский период она выросла с 53,3% в 1989 до 53,9% в 2000 году, что связано с более активной эмиграцией мужчин, в первую очередь вызванной массовым отъездом военных русской национальности.


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: Актуальной для сельских регионов страны остаётся проблема получения начального образования: 7% жителей Эстонии, в первую очередь хуторские дети 10 лет и старше, не имели возможности посещать школу.


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: На момент проведения переписи гражданство Эстонии имели лишь 80,1% постоянного населения (это практически все этнические эстонцы и менее 40% неэстонцев), 6,2% населения заявили что приняли российское гражданство, 0,2% имели гражданство Украины, по 0,1% — Латвии, Белоруссии, Литвы, Финляндии, всех остальных стран. В статусе апатридов пребывало 12,3% населения, а 0,7% постоянного населения на вопрос не ответили.


title: Перепись населения Эстонии (2000)

text: Доля уроженцев Эстонии закономерно повысилась с 73,7% в 1989 году до 80,8% в 2000, тогда как доля уроженцев России и РСФСР упала с соответственно с 19,2% до 13,9%.


title: Шеин, Мартин Ильич

text: Мартин Ильич Шеин (1712—1762) — российский ; главный лекарь Санкт-Петербургского адмиралтейского госпиталя; , -иллюстратор («"рисовальных дел мастер"» петербургского, а затем кронштадтского госпиталей).


title: Шеин, Мартин Ильич

text: Мартин Шеин родился в 1712 году. Получил первоначальное образование в семинарии Феофана Прокоповича, по окончании курса в которой был отослан в медицинскую канцелярию для определения на службу.


title: Шеин, Мартин Ильич

text: Так как Шеин хорошо рисовал, в 1738 году его определили учителем по рисованию сперва в Санкт-Петербургский адмиралтейский, а затем в Кронштадтский госпитали. Анатомические и ботанические рисунки так заинтересовали его, что он решил учиться медицине и в особенности анатомии. Через 2 года Шеин явился на экзамен и в 1741 году был признан достойным подлекарского звания, причем он отличился не только своими успехами в науках, но и чистотой и изяществом своих анатомических работ.


title: Шеин, Мартин Ильич

text: В 1745 году Шеин был произведен в лекари, оставшись, однако, и мастером рисования в том же госпитале. Отказавшись впоследствии от этой должности, он занялся переводами учебников по различным отраслям медицинских наук, чем в значительной степени обогатил бедную в то время русскую медицинскую литературу.


title: Шеин, Мартин Ильич

text: Из переведенных им книг напечатаны: 1) «"Лаврентия Гейстера в Гелмстадтском Университете профессора, Цесарской и Берлинской Академии и лондонского ученого собрания члена сокращенная анатомия, все дело анатомическое кратко в себе заключающая. Переведена с латинского языка на российский СПб. адмиралтейской Гошпитали Главным лекарем Мартином Шеиным. Напеч. при И. А. Н. 1757 г."». и 2) «"Иоганна Захария Платнера доктора и проф. медицины в Лейпциге основательные наставления хирургические, медицинские и рукопроизводные в пользу учащимся с прибавлением к тому изобретенных инструментов или орудий и других вещей к лекарскому искусству принадлежащих, перев. с лат. яз. на рос. с.-петерб. адмиралт. гошпитали штаб-лекарем Мартином Шеиным. СПб. при И. А. Н. 1761"». За эти две книги, посвященные сенату и печатавшиеся, по представлению лейб-медика и директора медицинской канцелярии П. З. Кондоиди, на казенный счет, Шеин получил звание штаб-лекаря.


title: Шеин, Мартин Ильич

text: Им также были сделаны переводы Барбе «"Хирургия"» и Джексона «"Enchiridium medicum"», но они при жизни Шеина напечатаны не были.


title: Шеин, Мартин Ильич

text: Мартин Ильич Шеин ум. 27 июля 1762 года.


title: Appeal Virtual Machines

text: Appeal Virtual Machines — шведская компания, созданная в 1998 году выпускниками Королевского технологического института в г.Стокгольме (среди них Marcus Hirt и Marcus Lagergren). Главным образом компания известна разработкой виртуальной Java-машины под названием JRockit.


title: Appeal Virtual Machines

text: В 2002 году компания была приобретента компанией BEA Systems, которая стала частью компании Oracle Corporation в 2008 г.


title: Appeal Virtual Machines

text: На момент 2010 года несколько основателей компании по-прежнему работали в Oracle.


title: Saccorhytus coronarius

text: Saccorhytus coronarius — вид вымерших водных беспозвоночных животных из группы вторичноротых (Deuterostomia), единственный в роде Saccorhytus и семействе Saccorhytidae.


title: Saccorhytus coronarius

text: Название рода "Saccorhytus" образовано от двух слов:  — «мешок» и  — «морщины»; буквально — морщинистый мешок.


title: Saccorhytus coronarius

text: Окаменелые остатки были обнаружены в китайской провинции Шаньси совместной германо-англо-китайской экспедицией в 2017 году. Возраст находок оценивается в 540 млн лет, поэтому "Saccorhytus coronarius" является одним из старейших представителей вторичноротых.


title: Saccorhytus coronarius

text:
"Saccorhytus coronarius" представляет из себя округлое, сферообразное существо длиной около 1—1,3 мм. Отличительной особенностью является широкий круглый рот с обрамлением из нескольких рядов бугорков («зубов»), занимающий практически половину тела животного. Наличие рядов морщинок рядом с ротовым отверстием говорит о наличии мест крепления мышц или кутикулы.
По всей площади организма были разбросаны образования в виде усечённых конусов, которые, по мнению ведущего автора работы Цзянь Хана ("Jian Han"), являются своего рода прототипами жаберных щелей или фарингеальных прорезей современных вторичноротых. Так же есть несколько отверстий из которых могли исходить тактильные волоски, по другой версии это поры, через которые могли выходить протоки слизи или половых гамет.
У животного не были найдены признаки ануса, что говорит о выведении непереваренных останков пищи через ротовое отверстие. Возможно, отсутствие анального отверстия связано с примитивностью и родственными связями с турбелляриями, или анус был вторично редуцирован (как у современных офиур и брахиопод). Не исключено так же и то, что неудобоваримые частицы выводились через упомянутые выше конусовидные образования вместе с излишками воды.


title: Saccorhytus coronarius

text: Вели придонный образ жизни, питаясь отмершей органикой в илу. Подобное поведение объясняет хорошую степень сохранности известных образцов — после смерти тела "Saccorhytus coronarius" опускались в слои с высокой степенью накопления осадков и малого содержания кислорода, что препятствовало разложению.


title: Saccorhytus coronarius

text: Ближайшие родственники "Saccorhytus coronarius" — другие кембрийские вторичноротые: ветуликолии (Vetulicolia) и Vetulocystida.


title: Saccorhytus coronarius

text: Кладограмма ниже составлена по работе "Han" и коллег 2017 года:


title: Роджер де Грей, 1-й барон Грей из Ратина

text: Роджер де Грей (; около 1298 — 6 марта 1353) — 1-й барон Грей из Ратина (с 1324 года).


text: Роджер де Грей был младшим сыном Джона де Грея, 2-го барона Грея из Уилтона, и родился в его втором браке с Мод де Верден. Тем не менее после смерти отца в 1323 году он получил почти три четверти его обширных владений, включая кантрев Дифрин-Клуйд в Гвинеде (Северный Уэльс) с замком Ратин. Начиная с 1324 года Роджера вызывали в парламент как барона Грея из Ратина.


text: Роджер де Грей был женат на Элизабет Гастингс, дочери Джона де Гастингса, 1-го барона Гастингс и лорда Абергравенни. В этом браке родились Джон, Реджинальд и Мэри, жена сэра Уильяма де Айснея.


title: Розовое вино (значения)

text: Розовое вино:


title: Малиновое вино (значения)

text: Малиновое вино:


title: Розовое вино (песня)

text: «Розовое вино» — песня российских рэп-хип-хоп исполнителей Элджея и Fedukа. Трек был выпущен 4 августа 2017 года года в качестве сингла. Текст песни был написан Фёдором Инсаровым и Алексем Узенюком под минус Валентина Филатова, более известного под псевдонимом Empaldo Beats.


title: Розовое вино (песня)

text: Песня стала настоящим музыкальным событием 2017 года. Сингл занял первое место в Top Radio & YouTube Hits и держался там на протяжении семи недель подряд; всего «Розовое вино» 10 раз возглавляло недельный чарт. Трек стал бессменным лидером чартов iTunes и Apple Music на протяжении почти двух месяцев. По итогам 2017 года трек «Розовое вино» занял 13 строчку по числу продаж и стримов в iTunes и Apple Music, а также вошел в Топ-10 популярных песен русскоязычных исполнителей по версии пользователей сервиса Яндекс.Музыка. Песня стала победителем VK Music Awards, став самым прослушиваемым треком (более 200 миллионов раз) за 2017 год в социальной сети «ВКонтакте». По итогам 2018 года композиция заняла второе место в списке самых прослушиваемых песен в России по версии Apple Music.


title: Розовое вино (песня)

text: 14 ноября 2017 года вышел клип «Розовое вино», но спустя два дня видео было заблокировано на YouTube из-за жалобы Элджея.


title: Розовое вино (песня)

text: Ранее Feduk и Элджей уже были знакомы и в конечном итоге договорились о записи совместного трека. В конце мая 2017 года исполнители встречались несколько раз и думали, чтобы записать песню. Feduk и Элджей решили сделать трек "По-любому танцевальным, по-любому «прямая бочка». «Ковырялись в заметках, ковыряли минуса», в один из таких творческих вечеров они остановились на понравившемся Элджею минусе. Минус был бесплатно сделан битмейкером и саундпродюссером Empaldo Beats. Empaldo Beats говорил, что «Я просто сделал трек, выложил его в группу, и Элджей написал, свободен он или нет. Я сказал: „Свободен“. Он его забрал». Feduk у себя в заметках нашел припев полугодичной давности, который он записал во время отдыха на Гоа, «прочитал и понял, что это тема» вставил в трек. Feduk объяснил слова припева тем, что «я люблю смотреть на красивые места, задерживая при этом дыхание, чтобы полностью уловить каждый звук».


title: Розовое вино (песня)

text: Изначально название "Элджей — Розовое Вино feat. Feduk" было утверждено обеими сторонами. Под таким наименованием трек впервые был выгружен на страницу Элджея ВКонтакте и в iTunes, при этом выгрузка, происходила в квартире менеджера Федука. По утверждению Элджея, название отражает последовательность куплетов в песни, сначала идет Элджей, а потом Федук. Как только стало понятно что трек становится хитом, у Федука появляется лейбл и требования сменить название. По их просьбе представители Элджея сменили название композиции на "Элджей & Feduk — Розовое Вино". По утверждению представителей «никаких проблем с этим у Элджея не возникло».


title: Розовое вино (песня)

text: По словам Федука, при записи песни он и Элджей договорились на словах, что права на композицию делятся пополам между артистами. В последствии представители Элджея прислали договор, в котором было прописанно, что все принадлежит лейблу Элджея, и что Feduk к композиции «Розовое вино» не имеет отношения. Прибыль за продажи также была оговорена на словах. Юристы Feduk'а прислали свою версию договора, на что представители Элджея ответили, что «вся музыка принадлежит лейблу». В итоге, 65 % прав принадлежит Элджею, а 35 % Федуку. В последующем представители утверждали, что именно Элджей был продюсером произведения, им был организован процесс записи, сведения и мастеринга трека. Именно Элджей и его команда занималась продвижением трека.


title: Розовое вино (песня)

text: Песня стала настоящим музыкальным событием 2017 года. Сингл занял перовое место в главном чарте музыкального портала Tophit - Top Radio & YouTube Hits и держался там на протяжении семи недель подряд, всего «Розовое вино» 10 раз возглавляло недельный чарт. Композиция достигла 14 позиции в чарте Russia Airplay и 18 позиции в чарте Poland Airplay. При этом на территории Польши, песня стала настоящим хитом, продавшись в размере 10 тыс. копий, сингл получил золотую сертификацию. Трек стал бессменным лидером чартов iTunes и Apple Music на протяжении почти двух месяцев. По итогом 2017 года, песня «Розовое вино» заняла 13 строчку по числу продаж и стримов в iTunes и Apple Music, а также вошла в Топ-10 популярных песен русскоязычных исполнителей по версии пользователей сервиса Яндекс.Музыка. Песня, опередив такие хиты как «Ламбада» в исполнении T-Fest и Скриптонита и «Половина моя» Miyagi & Эндшпиль, стала победителем первой в истории премии VK Music Awards, став самыми прослушиваемым треком (более 200 миллионов раз) за 2017 год в социальной сети «ВКонтакте». По итогом 2018 года композиция заняла второе место, уступив другому треку Элджея «Минимал», в списке самых прослушиваемых песен в России по версии Apple Music.


title: Розовое вино (песня)

text: 14 ноября 2017 года на YouTube, вышел клип «Розовое вино». Режиссером клипа выступила Алина Пязок которая является продюсером группы Little Big. По утверждениям Прусикина, Алина срежиссировала клип бесплатно, так как ей очень понравилась песня. Клип снят в Малайзии. В начале ролика, присутствует снятое на телефон видео, где Feduk и какой-то неизвестный, напевают вступление «Я похож на птицу. — На принца? — На принца! На принца или на орла. Эй! Я беру вторую бутылку розового вина». Видео представляет собой сборник разных, не связанных между собой сцен, выполненных в антураже Малайзии с использованием неонового света, в которых участвуют танцоры, Федук и Элджей.


title: Розовое вино (песня)

text: 16 ноября 2017 года, всего спустя два дня после выхода, видео было заблокировано из-за жалобы Элджея о нарушении авторских прав. К моменту блокировки клип набрал более двух миллионов просмотров. По заявлению Элджея «Клип … [плохой], выложен был без утверждения с нами, в таком виде я его выпускать не хотел. Когда увидел, хотел снести … так как есть такая возможность. Оценив ситуацию трезво, решил не губить Федуку карьеру. Видео вернется». В это время блогер Эльдар Джарахов написал в твиттере , что однажды бывший продюсер КликКлака, а ныне продюсер Элджея «пытался поднять бабла» на песнях втайне от Джарахова. По словам Эльдара, продюсер без его ведома регистрировал авторские права песен на свою жену. Утром 17 ноября с клипа сняли блокировку, при этом изменилось название композиции, теперь в начале фигурировал Элджей, а не Feduk. Вскоре участник Little Big Ильи Прусикин выложил видео на своем YouTube канале, где назвал сотрудничество Элджея и Федука «гнилым с самого начала». По его словам, Элджей участвовал в записи трека в качестве гостя, но позиционировал песню как свою. Прусикин рассказал, что клип был готов еще в начале октября, но менеджмент Элджея игнорировал утверждение клипа, поэтому он и вышел без его правок, а видео было заблокировано командой Элджея, поскольку его имя было указано в названии на втором месте. Только после того как представители Федука сменили название, Элджей отозвал жалобу.


title: Розовое вино (песня)

text: Представители Элджея прокомментировали ситуацию так, что финальный монтаж, а также цветокоррекция не были утверждены с ними. Кадры, выбранные Элджеем, не были вставлены в клип, а кадры которые он просил убрать, не были убраны. При этом большинство правок по клипу от Элджея были попросту проигнорированы. Закрытая ссылка на клип от команды Федука с финальным клипом пришла Элджею за полчаса до релиза. Элджей попросил не выкладывать эту версию, а доделать, согласовать и только потом выгрузить снова, при этом предупредил, что если в этот раз проигнорируют правки, ему придется кинуть страйк. В дальнейшем команда Федука вновь проигнорировала правки от Элджея, из-за чего и последовал страйк, но он сработал только через сутки.Сам Элджей подтвердил, что поводом для страйка послужило отношение представителей Федука, а не желание «быть первым в названии», на котором настаивал Ильи Прусикин. При этом он отметил, что именно представители Федука при заливке видеоклипа нарушили порядок в названии.


title: Розовое вино (песня)

text: 29 декабря 2017 года в телепередаче «Вечерний Ургант» показали пародию под названием «Розово-малиновое вино». В клипе приняли участие ведущий Иван Ургант, сценарист передачи Александр Гудков, певец Игорь Николаев (автор хита «Малиновое вино»), Федук и журналист Юрий Дудь. По сюжету Ургант, Гудков, Николаев и Федук парятся в бане. «Здесь слишком жарко, я перестаю дышать. Парную с алкоголем лучше не мешать», — поет Ургант. В какой-то момент Николаеву становится плохо, отчего его глазные яблоки становятся белыми, отсылая к образу Элджея, после чего Игорь теряет сознание, а Юрий Дудь делает певцу искусственное дыхание. В конце клипа вся компания поет в караоке песню Николаева «Малиновое вино».


title: Euophrys omnisuperstes

text: Euophrys omnisuperstes — вид пауков-скакунов, обнаруженный на горе Эверест и в его гималайских окрестностях на территории Непала вблизи границы с Тибетом. Их находили на высотах до 6700 м.


title: Euophrys omnisuperstes

text: Мелкие пауки, длина тела самок около 5 мм, самцов 4 мм. Окрас тёмно-коричневый. Самцы темнее самок. Глаза расположены близко.


title: Euophrys omnisuperstes

text: Вид был открыт в 1924 году Ричардом Хингстоном (причём первые находки Т. Г. Лонгстаффа имели место ещё в 1922), но описан много позже, так как описание пауков основано на половозрелых особях, а первые собранные экземпляры не были таковыми, либо плохо сохранились. Хингстон первоначально сделал ошибочный вывод, что пауки питаются друг другом, что породило в научной среде скепсис.


title: Euophrys omnisuperstes

text: Видовое название "omnisuperstes" означает, что "Euophrys omnisuperstes" живут выше всех других видов. Оно было впервые предложено учёным .


title: Euophrys omnisuperstes

text: Существуют не подтверждённые данные о возможном обитании пауков также в Индии.


title: Euophrys omnisuperstes

text: Живут в каменистых местах. Их диета — мелкие мушки и коллемболы. Не известно о каких-либо изменениях в строении этих пауков для адаптации к большой высоте — оно аналогично другим паукам-скакунам.


title: Реджинальд де Грей, 2-й барон Грей из Ратина

text: Роджер де Грей (; около 1322 — 4 августа 1388) — 2-й барон Грей из Ратина (с 1353 года).


text: Реджинальд де Грей был вторым сыном Роджера де Грея, 1-го барона Грея из Ратина, и Элизабет Гастингс. Его старший брат умер молодым и бездетным, так что Реджинальд в 1353 году унаследовал все владения и титул отца. Начиная с 1354 года его регулярно вызывали в парламент как барона Грея из Ратина.


text: Реджинальд был женат на Элеоноре ле Стрендж, дочери Джона ле Стренджа, 2-го барона Стренджа, и Анкарет ле Ботилье. В этом браке родились пятеро детей:


title: Альфамагический квадрат

text:
Альфамагический квадрат это магический квадрат, который остаётся магическим когда его числа заменяются на число букв в имени каждого из чисел. Таким образом, для английского языка число 3 заменяется числом 5, числом букв в английском слове "three" (). Так как в разных языках количество букв для каждого числа будет разным, альфамагические квадраты зависят от используемого языка.
"На удивление, большое количество альфамагических квадратов размером 3 × 3 существуют для английского и других языков. Для французского языка существует лишь один альфамагический квадрат размером 3 × 3, в котором числа не превышают 200, но существует ещё 255 квадратов, если каждое из чисел не превышает 300."
Для чисел меньше 100, никаких подобных квадратов не существуют для датского или латыни, но существуют 6 для нидерландского, 13 для финского, и невероятное количество — 221, для немецкого. До сих пор ещё не было найдено магического квадрата размером 3 × 3, из которого можно было бы создать ещё один магический квадрат, а затем из получившегося квадрата создать ещё один магический квадрат (так называемую "альфамагическую тройку"). Также, ни для одного из языков неизвестно ни одного альфамагического квадрата размерами 4 × 4, 5 × 5 или более.


title: Альфамагический квадрат

text: Ниже приведён первый найденный альфамагический квадрат для русского языка размером 3 × 3.


title: Альфамагический квадрат

text:
который в свою очередь превращается в
Посчитав число букв в каждой из девяти ячеек, создаётся квадрат, который также является магическим:
Следует заметить ещё одно интересное свойство: если взять все числа сгенерированного квадрата в порядке возрастания, то каждый из них строго следует друг за другом (начиная числом 10 и заканчивая 18).


title: Згарби, Витторио

text: Витторио Згарби Умберто Антонио Мария (; род. 8 мая 1952, Феррара) — итальянский арт-критик, телеведущий и политик.


title: Згарби, Витторио

text: Изучал историю искусства в Болонском университете. Является автором многочисленных научных работ, посвящённых в основном итальянской культуре и её истории. С 90-х годов считается одним из самых известных итальянских критиков современного искусства. В 1990 году за книгу "Davanti all’immagine" получил престижную "Premio Bancarella".


title: Згарби, Витторио

text: Вёл собственную телевизионную программу. В начале 90-х начал политическую деятельность, был кандидатом в мэры города Пезаро от Коммунистической партии, входил в городской совет Сан-Северино-Марке от Итальянской социалистической партии. С 1992 года избирался членом Палаты депутатов от Либеральной партии, «Вперёд, Италия» и собственного движения .


title: Згарби, Витторио

text: В июне 2001 года назначен заместителем госсекретаря Министерства культуры во втором правительстве Сильвио Берлускони. Был заместителем министра с июня 2002 года. Асессор культуры Милана с 2006 по 2008 год, мэр Салеми с 2008 по 2012 год.


title: Згарби, Витторио

text: Избран в палату представителей в 2018 году. Голосовал за правительство Конте.


title: Лекальный кирпич

text: Лекальный кирпич — кирпич, изготовляемый в виде деталей разной формы, с плоскими постелями и криволинейными боковыми гранями, например с вырезом в форме сегмента цилиндра; употребляется вместо обыкновенного кирпича при кладке колонн, дымовых труб и других частей сооружений с криволинейными очертаниями, чтобы избежать обтёсывания, которое уменьшает прочность кирпича.


title: Процесс Блэнфорда — Знаека

text: Процесс Блэнфорда — Знаека — механизм извлечения энергии из вращающейся чёрной дыры, представленный Роджером Блэнфордом и Романом Знаеком в 1977 году. Это одно из лучших объяснений того, как работают квазары. Как и в процессе Пенроуза, эргосфера играет важную роль в процессе Бландфорда — Знаека. Чтобы извлечь энергию и угловой момент из чёрной дыры, электромагнитное поле вокруг дыры должно быть изменено магнитосферными токами. Для возбуждения таких токов, электрическое поле не должно быть экранировано. Следовательно, вакуумное поле, созданное в эргосфере удалёнными источниками, должно иметь неэкранированную компоненту. Наиболее предпочтительным способом обеспечения этого является каскад электрон-позитронных пар в сильном электрическом и радиационном поле. Поскольку эргосфера заставляет магнитосферу внутри неё вращаться, выходящий поток момента импульса приводит к извлечению энергии из чёрной дыры.


title: Процесс Блэнфорда — Знаека

text: Процесс Блэнфорда — Знаека требует наличия аккреционного диска с сильным полоидальным магнитным полем вокруг вращающейся чёрной дыры. Магнитное поле извлекает энергию вращения, и мощность может быть оценена как плотность энергии при скорости света в области временного цилиндра:


title: Процесс Блэнфорда — Знаека

text: где "B" — индукция магнитного поля, formula_2 — радиус Шварцшильда, и "ω" — угловая скорость.


title: Ранневизантийская историография

text: Ранневизантийская историография — часть византийской историографии периода поздней античности. Как и в прочие периоды византийской истории, этот жанр являлся одним из основных в византийской литературе. Византийская империя была многонациональным государством, и на её территории исторические сочинения писали представители разных народов. Традиционно к ранневизантийской историографии относят историческую литературу на греческом языке, продолжавшую традиции классической греческой историографии Геродота, Фукидида и Полибия. В период поздней Античности эту традицию прослеживают начиная с историка второй половины III века Дексиппа, через историков IV—VI веков до начала VII века, когда она прервалась ввиду глубоких общественных и политических изменений, вызванных началом арабских завоеваний и вторжением славян на Балканы. Возникновение специфической византийской историографии относят, как правило, к началу IV века, когда завершился период гонений на христиан в Римской империи и состоялось обращение в эту религию императора Константина Великого. В это время свои исторические труды создал Евсевий Кесарийский, положив начало новым жанрам византийской историографии, церковной истории и . Эти жанры также пресеклись в начале VII века. Считается, что наивысшего расцвета византийская историческая литература достигла именно в этот период, а наиболее значимым её представителем является творивший в царствование императора Юстиниана I Прокопий Кесарийский.


title: Ранневизантийская историография

text: Ранневизантийская историография имеет ряд особенностей по сравнению с византийской исторической литературой более поздних периодов. Прежде всего это её «классицизм», который принимал форму миметического подражания античным образцам. До второй половины XX века в византинистике господствовало представление о неоригинальном, подражательном характере трудов византийских историков, но к настоящему времени выработаны подходы, позволяющие выявить оригинальные черты в их творчестве.


title: Ранневизантийская историография

text: Не существует единого определения, труды каких авторов могут быть отнесены к византийской историографии, а также какую её часть следует считать ранней. Согласно советской коллективной монографии «История Византии» (том I, 1967 год), к раннему периоду относится «многоязычная и многоликая византийская историография IV — первой половины VII в., включающая труды греческих, сирийских, латинских, коптских, армянских и других авторов, необычайно пёстрая по своей политической и религиозной окраске». Практически, однако, крайне редко литература на любых языках, кроме греческого, рассматривается в контексте византийской историографии. Авторы фундаментального справочника по византийскому источниковедению И. Караяннопулос и Г. Вайсс, признавая важность источников на других языках, причисляют к византийской историографии только тексты на греческом языке за единственным исключением Аммиана Марцеллина, писавшего на латыни.


title: Ранневизантийская историография

text: Возникновение византийской историографии относят, как правило, к началу IV века. В этот период произошло важнейшее событие поздней Античности — завершение периода гонений на христиан в Римской империи и обращение в эту религию императора Константина Великого. Хотя связь между этими событиями признаётся всеми исследователями, её характер объясняется различно. Классической можно считать трактовку немецкого византиниста Герберта Хунгера, ведущего византийскую историографию от трудов Евсевия Кесарийского, считающегося основоположником историографии церковной. В этой трактовке акцент делается на том, что между христианством и язычеством велась ожесточённая полемика, в том числе и в исторических сочинениях. Это позволяет объяснить некоторые из изменений в методе историописания. В частности, в отличие от античной исторической традиции, характерной чертой которой являлись фиктивные речи, влагаемые автором в уста исторических деятелей, метод Евсевия состоял в опоре на документы. Такой подход повышал эффективность борьбы против ересей и действенность апологетики. В биографическом жанре новым словом стали житие Антония Великого за авторством Афанасия Александрийского и «Жизнь Константина» Евсевия. Благодаря Евсевию типичной формой христианской историографии стала хроника, в которой выстраивались перечни наследующих друг другу епископов в цепи апостольского преемства. В советской византинистике конфликту между язычеством и «новой религией угнетателей» придавалось ещё большее значение, а историография ранней Византии рассматривалась прежде всего как средство сохранения власти господствующим классом. Современные исследователи чаще всего обращают внимание на преемственность двух культур и их взаимное влияние. Так, австралийский историк Брайан Кроук в своём обзоре историографии 250—650 годов подчёркивает, что продолжателями Фукидида, Геродота, Саллюстия и Тита Ливия видели себя не только языческие авторы исторической литературы, но и такие христианские апологеты, как Иероним Стридонский и Аврелий Августин. Современный российский историк Михаил Бибиков отмечает, что невозможно ни провести чёткую границу между античной и новой, «византийской», культурами, ни объяснить конфессиональными обстоятельствами своеобразие творческого метода византийских авторов. Арнальдо Момильяно обращает внимание на то, что длительное время задачи христианской историографии в IV веке были иными, нежели у языческой, и поскольку языческие хронографии и краткие изложения истории были практически лишены религиозного содержания, их использовали христианские авторы в своих трудах. Например, желая довести «Хронику» Евсевия до 378 года, Иероним Стридонский воспользовался трудами язычников Аврелия Виктора и Евтропия. Только к концу IV века в трудах языческих историков стала проявляться неприязнь к христианам (Аммиан Марцеллин, Евнапий, «История Августов»), но уже в начале правления Юстиниана I (527—565) с язычеством было покончено. Таким образом, определить принадлежность того или иного автора к византийской историографии становится возможно только хронологически и географически. Существенным обстоятельством византийской историографии является её грекоязычность, поскольку Аммиан Марцеллин не имел латинских продолжателей. В IV веке классическое разделение литературы на стили исчезло, и нормой стал эклектизм, две основные группы историков, «церковные» и «светские» выделяются достаточно условно. Светских историков часто рассматривают как цепочку продолжателей классической традиции, начинающуюся с историка III века Дексиппа и продолжающуюся до Феофилакта Симокатты, чья «История» доходит до 602 года. Для церковных историков более характерен хронографический стиль, также имеющий дохристианское происхождение. Проблематика эволюции предмета церковной историографии, то есть что именно в ней понималось под «церковью», начала разрабатываться только со второй половины XX века. В настоящее время сложился консенсус, что имел место процесс постепенной секуляризации этого жанра.


title: Ранневизантийская историография

text: Хронологические рамки ранневизантийской или позднеантичной историографии кране неопределённы. Её начало отсчитывают в широком диапазоне от середины III века (Дексипп) до Иоанна Малалы (VI век). На звание «последнего историка поздней Античности» претендуют историки конца V века Зосим, Исихий Милетский и Евагрий Схоластик, VI века Прокопий Кесарийский и Агафий Миринейский и начала VII века Феофилакт Симокатта. Распространённым является разделение историографии этого периода на поджанры с отдельной судьбой. Принимая разделение историографии на церковную и светскую, а последней на «истории» и «хроники», конец «исторического» направления датируют примерно 628 годом, когда свою «Историю» завершил Феофилакт Симокатта. В том же 628 году обрывается «Пасхальная хроника», после которой хроник на греческом языке больше не появлялось. Последняя «Церковная история», автором которой был Евагрий Схоластик, была создана ещё раньше, в 590-х годах. Как правило, это объясняется общими изменениями в византийском обществе, вызванными началом арабских завоеваний. Для историографии это означало изменение интересов аудитории исторических произведений, упразднившее ранее существовавшие жанры. Существует также теория немецкого специалиста по поздней Античности , который связывает это и ряд других изменений с серией природных катастроф, имевших место в Византии начиная с 540-х годов. Для историографии это означало, что события уже нельзя было объяснить рациональными классическими средствами. Сложившееся ранее различие между церковным и светским направлением исчезло, при том, что успехи ислама делали христианские объяснения хода событий неубедительными.


title: Ранневизантийская историография

text: Хотя общим местом является признание «классицистичности» византийской литературы, тем более ранней, единого понимания этого явления нет. Представление о том, что она есть нечто неизменное, лишённое исторического развития, разделяли такие видные историки как , Ханс Георг Бек и С. С. Аверинцев. Согласно первому из них, поскольку корни византийской литературы уходят в античную эпоху, у неё нет и не может быть никакой связи с реальностью Византии, она — «кривое зеркало». Аналогичный вывод С. Аверинцев делает из констатируемого им отсутствия в Византии «ситуации спора», когда у участников дискуссии нет определённой позиции или, точнее, позиции, отличающейся от господствующей «школьной нормы». Соответственно, в таких условиях не могло быть никакого развития в литературе, включая историографию. Проявления этого явления разнообразны, начиная от следования античным образцам по форме и до архаичного словоупотребления византийских авторов. Если ранние авторы решали проблему включения технических христианских терминов в свои тексты, то столетия спустя византийские писатели описывали окружающие их страну народы как «скифов», «гуннов» и «персов». Благодаря этому и возникает представление о византийских историках IV—V веков, как о продолжателях друг друга — ложное, согласно канадскому исследователю , который считает этот вид общности недостаточно объединяющим. Тем не менее, рассматривая отличия в стиле отдельных историков, можно сравнивать степень их приверженности античной традиции. К самым явным элементам классического стиля у позднеантичных историков Блокли относит отказ от латинизмов в названиях должностей и титулов (например, квестор или комит) и от определённости в указании численных значений. Для читателей отсылкой к классическим образцам была вставка разного рода экзотических и этнографических подробностей, которых особенно много у Аммиана Марцеллина и Приска. Разнообразны были приёмы встраивания риторических отступлений в повествование. Часто это были парные речи, в которых излагались противоположные точки зрения.


title: Ранневизантийская историография

text: Важность дискуссии о риторике в исторических сочинениях возникает из гипотезы, что такого рода повествования являются не более, чем литературным произведением, не имеющим в своей основе фактов. Считается, что риторика в Византии не претерпела качественного изменения по сравнению с той, которая была характерна для периода второй софистики. Соответствующие литературные практики были описаны в популярных учебниках Гермогена Тарсского (II—III век) и Афтония Антиохийского (середина IV века). Риторика второй софистики хорошо подходила для задач историографии, поскольку была в меньшей степени направлена на практические (например, юридические) задачи. Согласно теории, предложенной Дьюлой Моравчиком («Klassizismus in byzantinischen Geschichtsschreibung», 1966) и Гербертом Хунгером, риторические приёмы византийских авторов восходят к античному принципу мимесиса. В работах греческих ораторов Цецилия Калактийского, Дионисия Галикарнасского и Диона Хризостома было обосновано, что оригинальность не является обязательной характеристикой творчества и подражание древнему образцу подобно боговдохновенности оракулов и пифий. В византийский период это уже была сложившаяся практика, степень выраженности которой в разных жанрах была различна. В частности, в историографии мимесис был не столь заметен в силу большей обращённости авторов к проблематике их собственного времени. Существуют разные точки зрения относительно того, зачем историки использовали миметические отступления, помимо возможности показать своё литературное мастерство. Возможно, исторические произведения предназначались для чтения вслух или рассматривались как разновидность драмы. Во II веке мимесис стал предметом сатирического анализа Лукиана из Самосаты, чей памфлет «Как следует писать историю» является единственным в своём роде для данного периода. Согласно Лукиану, мимесис это не простое воспроизведение классического образца, но интуитивная и естественная переработка стиля и выражений в новое литературное произведение. Существует подход, в рамках которого анализируется расхождение текста византийского историка с предполагаемым античным образцом, в результате чего делается вывод о истинной точке зрения автора, скрытой от неискушённой публики. Идею о том, что византийские историки писали свои труды в пропагандистских целях, последовательно развивает Роджер Скотт. По его мнению, это более характерно для позднего периода. Для рассматриваемого периода он приводит пример оппозиционной «Тайной истории» Прокопия Кесарийского и официозной «Хронографии» Иоанна Малалы.


title: Ранневизантийская историография

text: Разделение на «хроники» и «истории» не является современным изобретением и встречается у Исидора Севильского и Фотия. Традиционно позднеантичные хроники имеют невысокую репутацию у историков. Это связано с господством историографической парадигмы, согласно которой методология написания исторических текстов непрерывно прогрессировала со времён классической античности до своей вершины в XIX веке. Критерием при этом выступала историческая объективность. В XX веке дискуссии о природе исторического нарратива не изменили представления о хронике, как о рудиментарном способе историописания.


title: Ранневизантийская историография

text: Современный этап изучения византийской историографии принято отсчитывать от «отца византийского литературоведения» Карла Крумбахера и его фундаментальной «Истории византийской литературы» (1897, 2-е изд.). Благодаря ему, на несколько десятилетий утвердилось мнение о том, что византийская историография чётко разделялась на два жанра, «историю» и «хронографию», каждый из которых имел свои устойчивые признаки. В «хрониках» изложение событий построено по строгому хронологическому принципу начиная с сотворения мира, а их авторами были малограмотные монахи, не знакомые с античной традицией. Такого рода произведения широко тиражировались в монашеских кругах, а сообщаемые в них сведения кочевали из одного произведения в другое, в результате чего роль автора размывалась. С другой стороны, «истории» касались определённого отрезка времени, писались светскими образованными людьми и имели сравнительно малое распространение, преимущественно среди интеллектуальной элиты общества. Начиная с хронистов VI века Исихия Милетского и Иоанна Малалы Крумбахер называет 20 писателей, принадлежащих к этому направлению историографии. В 1965 году эту концепцию подверг критике Ханс Георг Бек («Zur byzantinischen Mönchschronik»), согласно которому само понятие «монашеской хроники» не имеет достаточного исторического обоснования, поскольку только 6 из указанных Крумбахером хронистов можно однозначно отнести к монахам. Тем не менее, Бек сохранил деление византийской исторической прозы на «истории» и «хроники» с точки зрения стилистических различий. Парадоксальность судьбы теории Бека отметил советский византинист Я. Н. Любарский. С одной стороны, выводы Бека настолько убедительны, что их никто не пытался опровергнуть, с другой — на практике делением на «хроники» и «истории» византинисты продолжили пользоваться повсеместно. Уточнённую версию классификации Крумбахера предложил ещё один немецкий византинист, Герберт Хунгер, согласно которому хроники, в силу специфики описываемых ими событий, можно отнести к своего рода «бульварной литературе» (). Такие произведения предназначены для «широкой» публики и потому включают в себя упоминания различных запоминающихся событий, как это делают современные журналисты. В трёх основных жанрах исторической литературы ранней Византии по-разному находили выражение «классицистические» тенденции. У «историков» это был прежде всего язык и стиль, а также общая назидательность. Церковные историки писали для более широкой аудитории, и их приверженность классическим языковым образцам не столь выражена. Хроники, как правило, не рассматриваются в контексте вопроса о преемственности с античностью. Согласно другой точке зрения, все эти произведения писались для одной и той же аудитории, но с разными целями: хроники в справочных и полемических, а истории — в назидательных и образовательных. Хроники представляли ценность своим охватом и представлением общей перспективы человеческой истории, и потому меньшая точность для них была простительна.


title: Ранневизантийская историография

text: Применительно к византийским хроникам возникает вопрос, как они связаны с хрониками поздней Античности и, в частности, хрониками Евсевия Кесарийского и Юлия Африкана. Это сопоставление можно выполнить, рассматривая более поздние хроники в сопоставлении с античными образцами. В этом случае необходимо принимать во внимание степень знакомства византийских читателей соответствующих периодов c указанными образцами, которая не всегда была достаточно высокой. Другой подход состоит в том, чтобы рассматривать хроники не как литературный формат, а приписать им особый «христианский» взгляд на мировую историю. Поскольку этот взгляд линейный, то хронологическое изложение событий ему подходит в наибольшей степени. В этом смысле «Хронографии» Иоанна Малалы, Феофана Исповедника и «Пасхальная Хроника» могут рассматриваться как хроники, а Иоанна Антиохийского и Георгия Синкелла — нет. Согласно немецкому византинисту , именно тот факт, что хроники адекватно выражали христианский взгляд на историю, обеспечил популярность и неизменность этого жанра в течение всей византийской истории. Напротив, Зинаида Удальцова называла в качестве огромного преимущества историков их тяготение к современности, чуждое хронистам. По её мнению, исторические труды, написанные преимущественно по документам и рассказам очевидцев, сохраняют «аромат эпохи» и имеют большую ценность как исторический источник. Оборотной стороной этой близости является их политическая тенденциозность.


title: Ранневизантийская историография

text: Произведения на исторические темы пользовались популярностью среди византийцев не только за правдивость и точность изложения в них событий прошлого. Австралийский византинист Роджер Скотт приводит пример истории об удивительной собаке, которую византийские писатели пересказывали почти тысячу лет. Её первую известную версию изложил Иоанн Малала, отнеся к царствованию Юстиниана I:


title: Ранневизантийская историография

text: В XVI веке, уже после падения Византии, эту историю пересказал , и в его изложении собака отыскивала османские монеты. Помимо очевидного вывода о любви византийцев к занимательным рассказам, Скотт отмечает, что включение их в «хроники» и «истории» преследовало разные цели. Если хронисты повторением старых историй доказывали аутентичность своего произведения, то историки, исправляя ошибки предшественников, часто пересказывали старые истории по-новому. Рассказывание одних и тех же историй поддерживало единство восприятия прошлого, и модификации не были слишком существенными. В рассказах ранневизантийских историков истории занимают видное место. В начале своей «Истории войн» Прокопий Кесарийский заполняет таким образом почти столетие, не только развлекая читателя, но и показывая на различных примерах моральное превосходство ромеев над персами. Позднее Агафий Миринейский ещё чаще прибегает к этому приёму.


title: Ранневизантийская историография

text: Рассмотрение «хроник» как нарратива, то есть выраженного языковыми средствами причинно-следственного единства событий, представляет определённую трудность. Монотонную последовательность событий, вводимых типовыми фразами и не связанных явно высказанными причинными связями, можно рассматривать как объединённые подразумеваемым божественным провидением. C другой стороны, в «историях» связь событий выражена явно, и из всего множества событий некоторые выделены как главные, являющиеся причиной остальных. Таковы, например, в изложении Прокопия, завоевательные устремления Юстиниана. В терминах нарратологии различие в способах композиционного построения византийских исторических сочинений проанализировал Я. Н. Любарский. Так, временно́й, или хроникальный тип характеризуется тем, что события излагаются, насколько это возможно, в строго хронологическом порядке, без последовательной установки на их объединение на синтагматической оси высказываний. Связь между фактами устанавливается на основе их одновременности, в отличие от второго типа, где связь имеет причинно-следственный характер. В результате, полученное таким образом повествование не подпадает под существующее в лингвистике определение текста, как объединённой смысловой связью цельности. Такое разделение при этом не является абсолютным, и даже в «примитивной» хронике Малалы можно обнаружить несколько эпизодов, которые можно охарактеризовать как вставную новеллу. Сам Любарский неоднократно возвращался к этой проблематике и, согласно его мнению, в ранний период в Византии существовали только хроники и не было «историй» — Прокопия Кесарийского, Агафия Миринейского и Феофилакта Симокатту он относит к поздней классической традиции и не рассматривает как византийских историков. По мнению , произведение Малалы можно рассматривать как обзор мировой истории с сильным уклоном в хронологию.


title: Ранневизантийская историография

text: Непосредственным продолжателем Дексиппа считается афинский софист Евнапий, чья «История» охватывает период с 270 года, на котором закончился рассказ Дексиппа, по 404 год. Как и его старший современник Аммиан Марцеллин, Евнапий считал важным увековечить царствование Юлиана Отступника (361—363) и обстоятельства, приведшие этого императора к гибели. К христианским императорам, в особенности к Феодосию I (379—395), Евнапий относится резко отрицательно, поскольку, по его мнению, их пороки и необузданные страсти несут бедствия народам империи. Причина, по которой умерший в 420 году Евнапий не продолжил своё труд дальше, состояла в том, что в период текущего царствования было гораздо безопаснее писать панегирик, чем историю. Таким же принципом римские и византийские историки руководствовались как раньше, так и в более поздние времена. «История» Евнапия сохранилась преимущественно в виде выписок, включенных в компиляцию Константина Багрянородного «Excerpta de Legationibus» о посольствах. Также труд Евнапия послужил основой для написанной в конце V века «Новой истории» Зосима, однако степень влияния в этом случае является спорной. Считается, что в произведении Зосима антихристианская направленность оригинала была существенно смягчена. Для периода 407—411 годов основным источником Зосима становится выходец из Египта Олимпиодор (ум. 425). В отличие от Евнапия, чей стиль сложен и насыщен аллюзиями из классических авторов, Олимпиодор обыден и прост. Оба они отказались от старинного республиканского анналистического принципа в пользу упорядочивания событий по царствованиям. От подробнейшей хроники Олимпиодора, описывающей преимущественно нашествия вандалов и готов, сохранилась только краткая выжимка в «Мириобиблионе» патриарха Фотия, которому и принадлежит характеристика стиля историка. Этот источник, помимо Зосима, использовали церковные историки V века Филосторгий и Созомен. Зосим не добавляет к материалам Евнапия и Олимпиодора новой информации, и цель его труда скорее продемонстрировать антикварные интересы автора и показать, что именно пренебрежение языческими культами привело империю к упадку. Этот упадок проявляется в первую очередь в сокращении размеров империи вследствие захвата её территории варварами, и поэтому другой темой является борьба римского и варварского миров. Самого себя Зосим считает последователем Полибия: «в то время как Полибий описал, как римляне в короткое время создали империю, я намерен показать, как они в столь же короткий срок потеряли её из-за своих преступлений». Причины этого явления Зосим видит в действии божественных сил и судьбы, которые возвышают и низвергают народы в зависимости от совершаемых дел. Соответственно этой концепции он делит римскую историю на два периода — до императора Константина, когда боги покровительствовали государству и посылали ему процветание, и после, когда римляне перестали почитать своих богов. Общий вывод историка пессимистичен — былого величия не вернуть, позитивную программу изменений он не предлагает.


title: Ранневизантийская историография

text: Следующий византийский историк, труды которого сохранились хотя бы частично — Приск Панийский. Его «Византийская история» охватывает 433—472 годы и является единственным известным византийским источником для этого периода. Основой сочинения Приска стал его дневник, который он вёл во время пребывания при дворе вождя гуннов Аттилы в 448 году. Судя по фрагментам, сохранившихся в компиляции о посольствах, Приск выполнял дипломатические поручения также в Риме и на востоке империи. Отдельные сведения и отрывки из «Истории» Приска разбросаны по сочинениям Иордана, Иоанна Малалы, Стефана Византийского, в «Пасхальной хронике» и у . Советский историк З. В. Удальцова среди основных характеристик мировоззрения Приска назвала сочувствие сенаторской аристократии и высшей знати империи, приукрашивание картины величия Римской империи и социальных отношений в ней. Приск не проявляет особенных религиозных чувств и нейтрально высказывается как о христианстве, так и о язычестве. Поскольку предметом рассмотрения Приска была преимущественно военно-политическая тематика, он неизбежно следовал направлению, которое основали Фукидид и Геродот. На уровне языка это проявилось в архаизируемом словоупотреблении, когда автор гуннов называет «скифами» или «царскими скифами», Галлию — Западной Галатией и так далее. Согласно своим образцам, Приск использовал речи и экскурсы, хотя и в значительно меньшей степени, чем у историков VI века. Отмечается также, что он использовал античные клише для целых сцен, например описание Приском движения восточных народов с Востока на Запад напоминает рассказ Геродота о вытеснении в древности одного народа другим. Согласно А. С. Козлову, влияние античных историков было ещё более глубоким, а использование их методов более творческим. Подобно Фукидиду, Приск пытается выявить истинный ход событий и причины, его породившие. В отличие от его старших и младших современников, Приска часто цитировали позднейшие византийские историки.


title: Ранневизантийская историография

text: Продолжателями Приска считаются Малх Филадельфиец и . Труд Малха «О событиях и делах византийских» (), сохранившийся только во фрагментах, охватывал период от основания Константинополя до воцарения императора Анастасия I (491—518). Вероятно, именно при Анастасии произведение и было написано, хотя уверенно судить об этом невозможно. Оно не было очень популярным, и к середине IX века, когда делал свои выписки Фотий, сохранилась только часть, повествующая о событиях с 473 года до смерти Юлия Непота в 480 году. Свой труд Малх посвятил обличению пороков предшественников Анастасия, Льва I Макеллы (457—474) и Зенона (474—475, 476—491). Сохранившиеся фрагменты Малха с одной стороны достаточно длинны, но с другой — весьма избирательно подобраны. Несомненно, что историк относится весьма негативно к деятельности Льва и Зенона, правление которых отмечено обострением отношений с готами и религиозными конфликтами. Попыткам выявить позицию и взгляды Малха посвящена обширная литература. Неоднократно отмечалось, что Малх рассматривает события с позиций жителя Константинополя, демонстрирует уважение к сенату как институту и брезгливость к социальным низам столицы, его религиозные симпатии определённо не выражены. Явную его антипатию вызывают два явления — налоговый гнёт и засилье варваров в армии. Жалобы на несправедливости и притеснения, возникающие при сборе налогов, и на их необоснованное повышение являются распространённым мотивом у позднеантичных авторов. В данном случае это можно воспринимать и как похвалу Анастасию, который в начале своего правления отменил кране непопулярный налог хрисаргир, и как скрытый упрёк тому же правителю, который позднее резко повысил налоги в связи с войной с Персией. В правление Зенона огромные суммы уходили на содержание федератов, при том, что эффективность такой армии была низка. Дополнительным недостатком Зенона в глазах Малха было его исаврийское происхождение, следствием чего стало возвышение выходцев из этой малоазийской провинции. Идеальный правитель, согласно Малху, взимает немного налогов, благоволит достойным, ведёт размеренный образ жизни и сам ведёт армию в поход. С этой точки зрения Лев I и Зенон предстают отрицательными примерами правителей, в вину Малх им ставит жестокость и корыстолюбие. Льва он называет «Мясником» за убийство видных полководцев Аспара и Ардавура и полагает, что тот не умён и не понимает, как себя должен вести василевс. Менее прямолинейна оценка Зенона, его Малх признаёт правителем с неплохими задатками, но слишком подверженным влиянию окружения. Как и Приск, Малх относится к историкам-классицистам, однако его интонации, как сообщает энциклопедия X века Суда, ближе к трагикам. Меньшая степень «классичности» Малха проявляется и в других отношениях: он не избегает латинизмов и указания численных значений, как это делает Приск, меньше склонен к сообщению экзотических подробностей. О произведении современника Малха, Кандида, известно ещё меньше. Вероятно, будучи по происхождению исавром, он писал с позиций, противоположных защищаемым Малхом. В центре его повествования — борьба Зенона с различными узурпаторами. Его стиль Фотий оценивает крайне низко, осуждая за несоответствие жанру и неуместные синтаксические новации.


title: Ранневизантийская историография

text: Крупнейшим историком поздней Античности, если не Византии в целом, считается Прокопий Кесарийский. Его три произведения — «История войн», «О постройках» и «Тайная история» — являются настолько важным источником разнообразных сведений по истории, экономике, географии, демографии Византии и соседних с ней стран, что возникает проблема доминирования одного источника для рассматриваемого периода. Проблема усугубляется тем, что указанные произведения не только написаны в разных стилях и жанрах, но и выражают разные политические идеи. На базовом уровне рассмотрения это сделать действительно сложно: если главное произведение Прокопия, «История войн», — это классическое и вполне объективное повествование о войнах императора Юстиниана, то «Постройки» представляют собой наполненный бесчисленными перечислениями панегирик Юстиниану и его строительной деятельности. Однако наибольшие проблемы вызывает «Тайная история», являющаяся ожесточённым памфлетом против того же императора. В результате неисчерпаемая научная литература посвящена как самим этим произведениям, так и попыткам либо опровергнуть авторство Прокопия для отдельных произведений или их частей, либо же как-то согласовать их и сформировать целостную картину мировоззрения этого историка. В настоящее время вопрос об авторстве Прокопия считается решённым и практически не дискутируется, однако попытки дать объяснение его противоречивым произведениям через анализ его политических, философских и религиозных взглядов продолжаются. Достаточно много внимания уделено исследованию биографии Прокопия, которая реконструируется из его произведений. Предположительно, он родился в Кесарии Палестинской между 490 и 507 годами. Этот город в VI веке сохранил своё значение как интеллектуальный центр. Определить этническую принадлежность Прокопия невозможно — чаще всего высказывается мнение, что он был сирийским греком, однако некоторыми исследователями предполагалось его еврейское происхождение. Перед тем, как продолжить карьеру в столице, Прокопий получил хорошее, скорее всего юридическое, образование на родине. В этот период сформировались его эклектические религиозные взгляды и терпимость к религиозным меньшинствам. Отчётливо определяемые аристократические симпатии Прокопия как правило рассматриваются исследователями в качестве указания на его принадлежность к высшему классу. В Константинополе в 527 году Прокопий познакомился с молодым полководцем Велизарием, поступил к нему на службу секретарём и вместе с ним отправился в приграничную с Персией крепость Дара. Вместе с Велизарием он участвовал во всех важнейших походах очередной войны с Персией, в 533—536 годах принял участие в походе против вандалов в Африку и затем до 540 года в первом этапе войны против остготов в Италии. На некоторое время в начале 540-х годов Прокопий и Велизарий возвращаются на Восток, где империя терпела поражения от Персии. Весну 542 года историк провёл в Константинополе, где пережил страшную эпидемию чумы. Следующие несколько лет от провёл в столице и, возможно, тогда и начал заниматься литературной деятельностью. В 546—548 годах он вновь в Италии. Этот поход Велизария закончился бесславно; полководец впал в немилость и был отозван. «История войн», соответственно, подразделяется на три части, в которых описывается каждая из войн, в которых историк принимал участие. Остаток жизни Прокопий посвятил написанию своих сочинений; после примерно 554 года никаких сведений о нём нет.


title: Ранневизантийская историография

text: «История войн» Прокопия является наивысшим выражением классицизма ранневизантийской историографии. Уже в первой фразе («Прокопий Кесарийский описал войны, которые вёл василевс римлян Юстиниан с варварами») он сопоставил свой труд с «Историей» Фукидида («Фукидит афинянин написал историю войны между пелопоннесцами и афинянами»). Хотя Прокопий совершенно явно позиционирует себя как продолжателя классической традиции, с современной точки зрения тут возникают две основные альтернативы. Возможно, он внимательно изучал античные тексты, в частности, Фукидида, что дало ему возможность критически оценить постклассические реалии VI века. С другой стороны, он мог быть поверхностным знатоком этих текстов, ознакомившись с ними в антологиях или во время обучения. В этом случае «классицизм» становится маской обычного образованного человека своего времени, со всеми свойственными ему взглядами и предрассудками, и такая оценка является в настоящее время преобладающей. Прокопия и его продолжателя Агафия Миринейского относят к «классицистической» историографии, то есть не вполне классической, но претендующей ей быть и имеющей некоторые её черты. Классическая направленность была давно отмечена византинистами, но интерпретировалась по-разному. Немецкие историки XIX века обращали внимание на сходство построения описаний отдельных событий у Прокопия и Фукидида. Так, сходство описаний Юстиниановой чумы 542 года и Афинской чумы 430 года до н. э. породило сомнения в достоверности сведений Прокопия. В 60-е годы XX века предметом исследований стало осторожное обращение Прокопия с христианской терминологией (отсутствовавшей во времена Фукидида), на основании чего были сделаны попытки установить его религиозные взгляды. В данном случае классицизм проявился в том, что историк делал вид, как будто в мире ничего не изменилось со времён Фукидида. Как отмечает современный специалист по византийской историографии Энтони Кэлделлис, влияние Фукидида далеко выходило за рамки стиля и словоупотребления и распространялось на способ подачи информации. Говоря о событиях в хронологическом порядке, Прокопий может сообщать об отдельных фактах или стратегических решениях Велизария только когда это оправдано ходом повествования. Например, описывая первую осаду Рима 537—538 годов, Прокопий сообщил о достигнутом византийцами господстве на море только когда ему потребовалось объяснить, почему у остготов кончились припасы и они были вынуждены оставить Остию. Этот же приём отложенного сообщения информации применялся Фукидидом для подчёркивания более ранних событий. Таким образом, делает вывод Кэлделлис, классицизм Прокопия затрагивает всю структуру его произведения, и его нельзя назвать всего лишь подражателем. Ещё одним направлением современных исследований классических влияний в позднеантичной историографии является попытка понять восприятие содержащихся в них аллюзий современниками. Одно из наиболее примечательных наблюдений по этому поводу сделал канадский историк Джеймс Эванс по поводу рассказа Прокопия о восстании Ника 532 года из первой книги «Истории войн». В наиболее критический момент восстания, когда Юстиниану советовали спасаться бегством, императрица Феодора процитировала «древнее изречение, что царская власть — прекрасный саван». На самом деле, это изречение изначально относилось к сиракузскому тирану Дионисию Старшему и звучало как «Тирания — прекрасный саван». Из этого внимательный читатель мог провести параллель между Юстинианом и одним из жестоких тиранов античности. Не все современные историки признают действенность такого «эзотерического» способа цитирования.


title: Ранневизантийская историография

text: Непосредственным продолжением «Истории войн» считается книга «О царствовании Юстиниана» поэта Агафия Миринейского, охватывающая период с 552 по 558 год. По единогласному мнению историков, Агафий намного уступал Прокопию в широте кругозора и знании жизни. Как и Прокопий, он опирался на античную и ранневизантийскую литературную традицию. К числу сильных сторон Агафия можно отнести тщательность подбора источников, в число которых вошли документы, рассказы очевидцев и даже персидские хроники. Будучи, однако, мелким адвокатом, он имел меньше возможностей опираться на личный опыт, и описание внешнеполитических событий часто содержит ошибки. До середины 1960-х годов существенного прогресса в изучении Агафия не наблюдалось, пока после серии монографий и статей не оживились споры о его религиозных взглядах и историческом методе. В связи с тем, что персидские хроники до нашего времени не сохранились, Кэмерон прежде всего интересовал вопрос, до какой степени можно доверять сведениям Агафия о Персии, учитывая значительные заимствования из Геродота и Фукидида, которые также писали о персах. В советской византинистике в тот же период к этой теме обратилась З. В. Удальцова. По её мнению, оценивая положительно завоевательные войны Юстиниана, Агафий рассматривал их с точки зрения патриотически настроенной византийской интеллигенции, болезненно воспринимавшей внешнеполитические неудачи Юстина II. Одновременно с этим Агафий отрицательно оценивает внутреннюю политику Юстиниана в конце его царствования, однако без той степени негатива, которая была у Прокопия в «Тайной истории». Согласно Удальцовой, политический идеал Агафия более прогрессивен, чем у Прокопия, и связан с образом мудреца и философа на троне.


title: Ранневизантийская историография

text: В традиции классической греческой историографии на вторую половину VI века приходится три историка, чьи труды практически не сохранились: Менандр Протектор, Иоанн Эпифанский и Феофан Византийский. Из них троих наибольшее внимание исследователи уделили продолжателю Агафия, его младшему современнику Менандру, чья «История» доведена до царствования императора Маврикия (582—602). Согласно его собственному свидетельству, в молодости Менандр изучал юриспруденцию, но забросил юридическую практику и вёл распутный образ жизни. Заняться историей обнищавшего Менандра сподвигло то, что Маврикий с помощью денег поощрял занятие науками и искусствами. Его «История» сохранилась только в извлечениях Константина Багрянородного и в энциклопедии Суды. Как и его предшественники, Менандр считал главнейшей обязанностью историка правдиво осветить современные ему события — этим требованиям, по его мнению, не отвечал другой историк VI века, Пётр Патрикий, чей труд Менандр хорошо знал и использовал. Ценность сочинения Менандра как исторического источника, оценённая высоко ещё Карлом Крумбахером, проистекает из содержащихся в нём описаний быта и обычаев тюрков, а также подлинных дипломатических документов. Политические взгляды Менандра, учитывая специфику сохранившихся отрывков, можно выявить исходя из оценки политики византийских императоров по отношению к варварам. Историк одобряет принятую Юстинианом политику подкупа и натравливания их друг на друга, но высоко оценивает также и более жёсткий подход Юстина II и политическую мудрость Тиберия. Ещё более хвалебно отзывается Менандр о Маврикии. Христианские убеждения Симокатты проявляются совершенно отчётливо, и он первым из историков-классицистов включил в своё повествование молитву.


title: Ранневизантийская историография

text: «История» Феофилакта Симокатты, написанная в период, предшествующий арабским завоеваниям, когда Византия вела борьбу с наступлением аваров и славян на Балканском полуострове, закономерно привлекает внимание историков. Своё сочинение он написал при императоре Ираклии (610—641), после смуты времён правления Фоки (602—610) — Феофилакт поддерживал свержение этого «тирана» и «кентавра». Вероятно, историк принадлежал к высшим слоям византийского общества и получил хорошее образование, был знатоком античной культуры. Помимо «Истории» сохранились его письма и другие труды, включая книгу естественнонаучного характера. Стиль Феофилакта сложен и запутан, он много цитирует древнегреческих философов и драматургов. В отличии от сравнительно простых введений, которые предпослали своим трудам его предшественники, «История» Симокатты начинается с диалога Философии и Истории. По мнению Фотия, иносказания и аллегории у Симокатты были зачастую излишни, и это мнение воспроизводили последующие поколения исследователей этого текста. Описание в «Истории» построено по хронологическому принципу и охватывает период с 582 по 602 год, внезапно обрываясь. Симокатта пользовался разнообразными источниками: из античных авторов это Геродот и Диодор Сицилийский, из ранних византийских историков — Иоанн Лид, Прокопий, Евагрий и Иоанн Эпифанский. Возможно, именно утраченное сочинение последнего было одним из основных источников Феофилакта. Симокатта высоко ценил Менандра и называл его лучшим источником по истории воцарения Маврикия. В отличие Иоанна Эпифанского, лично участвовавшего в войне с Персией 572—591 годов, не говоря уже о Прокопии Кесарийском, Симокатта не был участником описываемых им событий. Как полагали Карл Крумбахер и Эдуард Гиббон, результатом стала неосведомлённость историка о существенных подробностях политической истории и географии. В настоящее время точность сведений Симокатты оценивается весьма высоко. Тем не менее, Симокатта сознавал незначительность своего места в истории, что нашло отражение в его концепции роли историка. Как в своём вступлении, где он сравнивает себя с лирой, по струнам которой ударяет История, так и в своих малых произведениях он отходит от классического взгляда на познаваемость исторических событий и сближается с христианским понимании истории, как последовательности событий, которые способен понять один лишь Бог. По мнению , основной заслугой Симокатты стало объединение всех доступных ему источников в формате «универсальной» истории, снабжённой необходимыми речами и отступлениями, синхронизация повествований о войнах на Востоке и на Западе, однако не везде ему это удалось сделать в равной степени хорошо.


title: Ранневизантийская историография

text: Среди ранних византийских историков антиохиец Иоанн Малала (ок. 490 — после 565) обладает наиболее противоречивой репутацией. Традиция отрицательного отношения к его «Хронографии» восходит к её первому издателю (1674), а затем Эдуарду Гиббону. Последний, хотя и воспользовался этим источником в своей «Истории упадка и разрушения Римской империи», отметил, что «авторитетность этого невежественного грека весьма зыбка». В 1897 году Карл Крумбахер не пожалел негативных эпитетов для «Хронографии», которую он назвал «образцом неслыханной ранее в исторической литературе грубости», содержащим «смехотворные ошибки». Согласно Крумбахеру, это произведение предназначалось для широких масс монахов и светской необразованной публики. При этом, писал он, «сочинение Малалы настолько же ничтожно само по себе, насколько важно для истории литературы, поскольку оно — первый известный нам образец важного для истории культуры и литературы жанра христианско-византийской монашеской хроники». В 1923 году знаменитый английский византинист Джон Багнелл Бьюри назвал труд Малалы «лишённым чувства пропорции» в изложении тривиального и серьёзного, содержащим множество ошибок и написанным в расчёте на приобретение широкой популярности. Из более современных исследователей эту оценку разделял , согласно которому «Хронография» Малалы «полна абсурдных ошибок», хотя при этом Браунинг признаёт её популярность и влиятельность. Американский историк детально рассмотрел феномен популярности «Хронографии» и обнаружил, что, как минимум, в количестве сохранившихся рукописей и числе упоминаний в византийских текстах он не проявился. В целом, как отмечает Я. Н. Любарский, характер и причины «популярности» «Хронографии» остаются не вполне понятными, и её «с полным правом можно называть „загадочным“ произведением». Причину этих затруднений оксфордский специалист по творчеству Малалы видит в рассмотренной выше «острой дихотомии между историей и хроникой» которая, однако, не отражает адекватно сложность социального и литературного контекста авторов обоих направлений. Композиция «Хронографии» Малалы подчинена задаче описания исторических событий всей известной ойкумены от сотворения мира. Произведение разделяется на две части. В первой перемешаны события из Библии, греческой мифологии, истории Ассирии и Вавилона, Персии, царского и республиканского Рима вплоть до установления империи Октавиана Августа. Вторая часть чётко делится по правлениям императоров и доводится до внезапного обрыва в 563 году. В первой части Малала не использует табличные перечни, как это делал ранее Евсевий Кесарийский, его не интересует точная датировка событий, как Георгия Синкелла, или погодные перечни, как в «Пасхальной хронике». Вместо этого он выстраивает синхронную мировую историю, священную и мирскую. Однако датировка событий его до некоторой степени интересует, и согласно его подсчётам, с момента создания Адама до написания «Хронографии» прошло более 6000 лет. Во второй части Малала применяет датировку по консулам, приводит перечни крупных землетрясений, но не ссылается на олимпиады. Примечателен язык «Хронографии», особенностям которого посвящено значительное число исследований. Произведение считается первым текстом на среднегреческом языке, в котором простонародные формы речи преобладают над классическими; в этом отношении Малала существенно отличается от своего современника Прокопия Кесарийского. Повествование строится как последовательность однотипных блоков, начинаемых определёнными вводными фразами. Подобная монотонность, согласно Любарскому, является не результатом падения мастерства автора, а неотъемлемым свойством его исторического и художественного метода.


title: Ранневизантийская историография

text: О самом Иоанне Малале не известно практически ничего. Для того, чтобы определить, из какой культурной среды он вышел, и понять, насколько можно доверять его утверждениям, важно понимать, какими источниками он пользовался. Работы по выявлению источников Малалы ведутся с конца XIX века (P. H. Bourier, «Über die Quellen der ersten vierzehn Bücher des Johannes Malalas», 1899). По способу использования источников в «Хронографии» выделяют три части (книги I—XIV, XV—XVIII до § 76 и далее до конца). В первой из них это широкий спектр источников от Гомера до современников Малалы, но только с небольшой их частью он был знаком напрямую. Согласно подсчётам Э. Джеффрис, из 75 источников первой части только тринадцатью Малала пользовался непосредственно. Основные из них — не сохранившиеся труды Домния, Тимофея и Несториана. Судя по упоминаниям в «Хронографии», Домний написал всеобщую историю с мифологических времён до 305 года, Тимофей довёл свой аналогичный труд до 528 года, а Несториан до 474 года. Остальные источники также сохранились очень фрагментарно. Вполне возможно, что некоторые из других упоминаемых Малалой источников были им выдуманы. Изредка Малала сопоставляет мнение нескольких источников, отдавая предпочтение одному из них. Возможно, в некоторых случаях эти сопоставления являются его собственными, а не заимствованными из источников. Среди источников Малалы идентифицируются Септуагинта и сборник высказываний оракулов, известный как «», можно предположить, что он пользовался архивами Антиохии и провинциальной администрации. О близких к нему по времени событиях, таких как волнения в Константинополе в 512 году и мятеж Виталиана, он мог узнать от очевидца этих событий, своего земляка Марина Сирийца. Другим его возможным информатором был магистр оффиций Гермоген, один из участников посольства по поводу заключения «Вечного мира» с Персией в 532 году. В числе источников Малалы называют также «», гипотезу о существовании которой выдвинул А. Ф. Энман. Значительное место в хронике Малалы и его последователей занимает церковная история, начиная с рассказа о земной жизни Христа, которая в книге X изложена вместе с историей римских императоров от Октавиана до Нервы. Далее, как правило, описываются гонения на христиан, примечательные истории мучеников, важные ереси. Отдельная глава в «Пасхальной хронике» содержит эдикт императора Юстиниана I о православной вере.


title: Ранневизантийская историография

text: В начале «Хронографии» Малала указывает своих предшественников начиная с египетского жреца Манефона, Эратосфена, Аполлодора и Кастора Родосского. В части согласования дат библейской истории Малала опирался на богатую христианскую традицию, заложенную во II веке Юстином Мучеником, Татианом и Феофилом Антиохийским, продолженную Юлием Африканом и Евсевием Кесарийским. К V веку относились сочинения египетских монахов Панодора и Анниана о вычислении даты воплощения. Как отмечает Э. Джеффрис, если бы они не были утрачены, то «Хронография» Малалы не воспринималась бы так необычно. В похожей по формату хронике конца V века списки консулов перемежаются повествовательным текстом. От «Исторической хроники» Евстафия Епифанийского сохранились только небольшие фрагменты в изложении Малалы. Из современников Малалы важнейшим является Исихий Милетский, который аналогичным образом датировал распятие Иисуса Христа шеститысячным годом, однако по своему содержанию его труды ближе к языческим антиквариям Макробию и Иоанну Лиду. Непосредственными продолжателями Малалы были Иоанн Антиохийский и анонимный автор «Пасхальной хроники», писавшие свои хроники в начале VII веке. Оба они опирались на труд Малалы, но различным образом. «Пасхальная хроника», доходящая до апреля 628 года, в значительной степени посвящена вопросу вычисления даты Пасхи. Её автор был знаком с «Хронографией», но только в ранней версии, без окончания книги XVIII. «Историческая хроника» Иоанна Антиохийского была доведена до 610 года, но сохранилась только в выписках «De Insidiis» и «De Virtutibus» Константина Порфирородного. Вероятно, для позднеримского периода автор описался на широкий спектр классических источников, включая Евнапия, Приска, Зосима и Сократа Схоластика. Далее хронографическая традиция прервалась примерно на 150 лет, пока не была возобновлена так называемым «Большим хронографом», предполагаемым источником для хроник Никифора и Феофана Исповедника.


title: Ранневизантийская историография

text: Начальный этап византийской церковной историографии, время интенсивных концептуальных и жанровых поисков в ней, относят к началу IV — концу VI веков. К этому времени относится деятельность компактной группы грекоязычных авторов, как правило рассматриваемых вместе. На латинском Западе аналогичных обобщающих трудов создано не было, хотя латинская христианская хронистика, в лице Иеронима Стридонского, Идация, Орозия, Сульпиция Севера, Проспера Аквитанского и многих других, процветала. Благодаря своим главным трудам, «Хронике» и «Церковной истории», Евсевий Кесарийский (ум. 339) считается отцом христианской историографии, хотя существуют и другие точки зрения о том, кто более достоин носить это почётное звание. Считается, что оба этих произведения были начаты до Великого гонения 303—313 годов, а вторая расширенная редакция «Церковной истории» вышла после 325 года, то есть уже при императоре Константине Великом. Церковно-исторические труды Евсевия часто рассматриваются в контексте вопроса о преемственности и новизне. С одной стороны, он опирался на достаточно богатую предшествующую традицию христианского историописания, прежде всего на идеи «Хронографии» Секста Юлия Африкана о единстве мировой истории. С другой стороны, широко распространено мнение о том, что Евсевий порвал с античной теорией исторической цикличности и принял в качестве основной идею прогресса. Также много сторонников имеет точка зрения о том, что взяв за основу модель божественного провидения, руководящего ходом истории, Евсевий и его последователи отказались от ключевого для античной историографии понятия судьбы и случая. Критика этих представлений строится на выявлении у античных историков идей прогресса и упадка и, напротив, у христианских историков концептуальных заимствований у греко-римских авторов. Методологическая новизна Евсевия сомнений практически не вызывает. Характеризуя важность сочинений Евсевия, Арнальдо Момильяно назвал их новой главой в историографии, имея в виду, что объём использованных в них исторических источников существенно превосходил тот, который обычно был достаточен для языческих историков. По подсчётам учёных, в «Церковной истории» насчитывается примерно 250 извлечений из источников, некоторые из которых очень обширны. Евсевий имел возможность пользоваться материалами из архивов и библиотек, которые были утрачены уже вскоре после его смерти. Одной из таких библиотек было книжное собрание христианского писателя III века Оригена, расширенное учителем Евсевия, Памфилом Кесарийским. Возможно также, у него был доступ к официальным императорским архивам. Методика работы Евсевия с его источниками часто становилась объектом критики современных историков, которые ставили в вину автору «Церковной истории» то, что объективность не была его приоритетом. На практике это проявляется в том, что цитируя, Евсевий может включать высказывания, не совпадающие с его собственными взглядами, никак не поясняя это различие либо не заботясь о встраивании цитаты в повествование. Подбор цитат Евсевием подчинён апологетическим целям и определяется его представлением об ортодоксии, апостольском преемстве и возрасте источников. Обилие цитат и обширных включений документов, наряду с отсутствием риторических включений, являются характерной чертой церковных историй, однако было показано, что ради достижения риторического эффекта Евсевий иногда искажал свои источники.


title: Ранневизантийская историография

text: Христианские писатели, которых можно назвать последователями Евсевия Кесарийского, хотя они и достаточно чётко отделяются от христианских авторов Западной Римской империи, не являются вполне однородной группой. Хотя некоторые из них близки по используемым форме, методу, тенденциям, взглядам или подходу к выбору предмета рассмотрения, различия весьма значительны. Разделение на «ортодоксальных» и «еретических» авторов, ставшее актуальным в период арианского спора IV века и последующих подобных споров, не является вполне научным и с сегодняшней точки зрения проявляется в том, что произведения «еретиков» сохранились существенно хуже. Это разделение не имело большого смысла даже для самих византийцев, придававших большее значение содержательности изложения и достоинствам стиля, поэтому фрагменты из сочинения арианина Филосторгия использовались в позднейшей агиографии. Напротив, «Христианская история» Филиппа Сидского, осуждённая Фотием за безвкусие и бессвязность изложения, оказалась забыта и утрачена. Социальное происхождение или положение в религиозной иерархии также не является существенным обстоятельством. Непосредственным продолжателем Евсевия можно считать его преемника на епископской кафедре Геласия, который смог воспользоваться богатой кесарийской библиотекой. Если примерно за столетие после этого крупных церковноисторических трудов не было создано, то на первую половину V века их приходится сразу три: Сократа Схоластика, Созомена и Феодорита Кирского. В их сочинениях, по сравнению с трудами Евсевия, уделено большее внимание событиям гражданской истории. По мнению немецкого историка , такое возрождение историографической активности объясняется появлением в правление императора Феодосия II (402—450) высокообразованного придворного общества, интересующегося религиозной философией и классической литературой. Значительного дальнейшего развития традиция греческой церковной историографии не получила, и в конце VI века она пресеклась на Евагрии Схоластике. Согласно Александру Каждану, церковноисторическая традиция пресеклась на другом историке VI века, Феодоре Чтеце, пока не была возрождена в XIV веке Никифором Каллистом Ксанфопулом.


title: Ранневизантийская историография

text: Одним из направлений изучения ранневизантийской церковной историографии является выявление исторической концепции Евсевия и его последователей. Как правило, высказывается точка зрения о том, что она в целом оптимистична и сводится к задаче показать победу Добра над Злом в ходе направляемого провидением прогресса. Согласно российскому историку И. В. Кривушину, детально рассмотревшему вопрос об исторической концепции Евсевия и его продолжателей, это не совсем так. В своей схеме истории Евсевий выделяет два макрособытия — первое пришествие Христа и утверждение церкви после Великого гонения. Между этими макрособытиями располагается «промежуточное время», во время которого происходит постоянное воспроизведение типичных исторических форм через череду преемств. Такая схема, по мнению Кривушина, глубоко антиисторична, так как не предполагает истинного исторического движения и развития. Идея прогресса в этой схеме имеет второстепенное значение и используется для объяснения отдельных аспектов макрособытий. Следствием этого стала концептуальная невозможность продолжения схемы Евсевия его продолжателями, так как сложно было описать время после Константина Великого как «пустое». Таким образом, формально продолжив «Историю» Евсевия в событийном ключе,Сократ Схоластик изменил первоначальную концепцию жанра церковной истории и в этом смысле может также претендовать на звание её «отца».


title: Ранневизантийская историография

text: В эпоху Феодосия II создавали свои «Церковные истории» Сократ Схоластик, Созомен, Феодорит Кирский и Филосторгий. Труды первых трёх хорошо сохранились и имеют между собой значительное сходство: они продолжают «Историю» Евсевия Кесарийского, повествование разбито по правлениям императоров, и суждения историков об этих императоров сходны. На это было обращено внимание ещё в античности, благодаря чему эти три «истории» получили название «трёхчастной истории» , а самих историков называли «синоптиками». Филосторгий, в свою очередь, представлял другое церковное направление, и его труд сохранился хуже. Усилиями Ж. Байдеса и его «история» была восстановлена из фрагментов и издана в 1981 году. «История» Сократа считается первой из синоптических «церковных историй», её датируют началом 440-х годов. Её несомненно использовал Созомен, завершивший свой труд между 439 и 446 годом. Дата создания «Истории» Феодорита Каирского может быть определена с меньшей точностью. Вероятно, это конец 440-х годов.