title: Куляшов, Павел Фёдорович

text: П. Ф. Куляшов — писатель разножанровый, за плечами которого немалый жизненный и художественный опыт, имеет все основания на серьёзное внимание со стороны читателя, критики и литературоведения.


title: Неприсягнувшие священники

text: Неприсягнувшие священники () — та часть французского духовенства, которая отказалась принести присягу французскому государству во время Великой французской революции.


title: Неприсягнувшие священники

text: Во время Французской революции Учредительное собрание отменило традиционную структуру французской католической церкви и реорганизовало её как институт в составе нового государственного устройства Франции. Одним из требований, предъявляемых духовенству, стала необходимость принести присягу на верность французскому государству, что освобождало священников из-под влияния римского папы. Это привело к расколу среди французского духовенства — между теми, кто принес присягу, известными как присягнувшие священники (или конституционное духовенство), и теми, кто отказался от присяги (неприсягнувшими священниками).


title: Неприсягнувшие священники

text: В течение столетий, предшествовавших французской революции, церковь функционировала в качестве самостоятельного института в границах Франции. Она контролировала около 10 % всех французских земель, взимала обязательную десятину, и получала доходы от своих имений, при этом церковь не раскрывала размер своих доходов.


title: Неприсягнувшие священники

text: При старом порядке Франция была разделена на три сословия, при этом духовенство составляло первое сословие, дворянство — второе, а простолюдины — третье. Как одно из двух привилегированных сословий, церковь была освобождена от всех налогов, хотя каждые пять лет Ассамблея духовенства устраивала подарок королю от имени Церкви.


title: Неприсягнувшие священники

text: В течение XVIII века Франция все больше погружалась в финансовый кризис. Для его преодоления государство в 1749 и 1780 годах пыталось отменить налоговые льготы церкви, для чего выступало с заявлениями о необходимости инвентаризации церковных богатств и их последующего налогообложения. Обе эти попытки были успешно отбиты церковью, чья инфраструктура, организация, человеческие ресурсы и влияние не имели себе равных во Франции. Эти события показывали, что попытки умерить силу и привилегии Церкви набирали обороты ещё до начала революции.


title: Неприсягнувшие священники

text: В попытке найти мирное решение для растущих народных волнений и призывов к реформам, король Людовик XVI созвал собрание нотаблей в 1787 г., а затем возродил Генеральные штаты в 1789 году. В 1787 году Ассамблея духовенства и представители клира решительно выступали против любых реформ в Церкви, но к началу заседаний Генеральных штатов в первом сословии начали формироваться внутренние разногласия. Епископы и прочие представители высшего духовенства (которые часто были выходцами из дворян) решительно объединились со вторым сословием в попытке сохранить свои привилегии. Однако многие приходские священники и другие представители низшего духовенства, часто будучи выходцами из третьего сословия, встали на его сторону.


title: Неприсягнувшие священники

text: Ситуация стала быстро меняться в 1789 году. 4 августа Учредительное собрание приняло Декларацию прав человека и гражданина, а в течение следующего года приступило к полной реорганизации французского общества. Частью этой реорганизации стала национализация церковных земель. В июне 1790 года собрание официально упразднило дворянство, а 12 июля приняло гражданскую конституцию духовенства.


title: Неприсягнувшие священники

text: Новое законодательство было направлено на перестройку церкви в том же направлении, в котором оно пыталось перестроить всё остальное общество. Границы епископств были изменены, чтобы соответствовать границам восьмидесяти трёх департаментов Франции. Духовенству было запрещено признавать власть любых должностных лиц церкви, состоявших на иноземной службе, в том числе и власть папы. Новым епископам запрещалось искать подтверждения своего назначения от папы, но разрешалось извещать его о своём назначении.


title: Неприсягнувшие священники

text: Наиболее дискуссионным аспектом церковной конституции стал порядок назначения новых епископов и их обязанности. Церковь оказалась полностью включена в структуру государственной власти, а епископы должны были избираться путем народного голосования. Эти изменения были с возмущением восприняты многими священниками, так как они не только разрушали церковную иерархию, но и позволяли протестантам, евреям и атеистам напрямую влиять на церковные дела. Наибольшее возмущение вызвала статья XXI из раздела II. Эта статья требовала от епископов, чтобы они принимали присягу перед муниципальными чиновниками, подтверждая их лояльность по отношению к французской нации под угрозой потери своей должности.


title: Неприсягнувшие священники

text: После этого взаимоотношения между церковью и революцией начали портиться гораздо быстрее. Хотя прежде единственной целью, объявляемой революционерами, была церковная реформа, ухудшение отношений с духовенством привело к росту антирелигиозной риторики и призывам к полному запрету церкви. Фабр д’Эглантин приписывал церкви единственную цель — «подчинить себе человеческий род и поработить его под своей властью». В октябре 1790 г. Национальный конвент запретил священникам, монахам, монахиням преподавать в школах; многие члены Конвента стали призывать к тому, чтобы заменить католическое христианство «религией патриотизма». В ноябре 1790 г. был подготовлен текст присяги, предусмотренной Гражданской конституцией духовенства, а в конце года Конвент потребовал принесения присяги.


title: Неприсягнувшие священники

text: Клятва верности привела к огромному расколу в среде духовенства. Многие представители низшего духовенства поддерживали революционные призывы к реформе, но большинство считали такие призывы неприемлемыми. Тысячам священников, монахов и монахинь пришлось выбирать между отказом от присяги и риском последующего ареста и наказания, или принятием присяги и риском потерять надежду на спасение. В марте 1791 года папа был вынужден решить эту проблему путем выпуска буллы, официально осуждавшей революционные действия в отношении Церкви и объявлявшей об отлучении от церкви любого священника, который принял присягу.


title: Неприсягнувшие священники

text: Духовенство оказалось расколото на присягнувших священников (тех, кто принял присягу) и неприсягнувших священников (тех, кто отказался). Обе фракции подвергались преследованию, поскольку общины с сильными революционными настроениями преследовали (избивали или даже убивали) неприсягнувших священников, а в традиционных религиозных общинах с нападениями сталкивались присягнувшие священники.


title: Неприсягнувшие священники

text: Спор вокруг конституционного устройства духовенства и присяги стал первым крупным конфликтом, который разделил народные массы. До этого момента роялисты и прочие контрреволюционеры не пользовались популярностью среди населения, однако вмешательство государства в дела Бога привело к появлению большого числа несогласных, лояльных по отношению к местным священникам. Кроме того, в тех частях Франции, в которых имелся давний конфликт с протестантскими общинами, католическое население отказалось поддержать что-либо, что могло угрожать господствующему положению католической церкви. Многие священнослужители, ранее поддерживавшие революцию, оказались оттеснены в оппозицию к ней, и тысячи священников скрывались или бежали из страны.


title: Неприсягнувшие священники

text: С одной стороны, революционеры предпринимали организованные усилия для борьбы с неприсягнувшими священниками, в том числе преследовали тех, кто участвовал в протестах, принимавших форму религиозных обрядов. С другой стороны, многие революционные лидеры начали воспринимать борьбу с церковью как вредную для революции. Некоторые были категорически против этого с этической точки зрения, как, например, Максимилиан Робеспьер, который утверждал, что атеизм — это опасный продукт аристократического декаданса, и считал, что нравственное общество должно по крайней мере признавать существование высшего существа. Другие революционеры выдвигали более практические возражения, указывая, что глубоко укоренившиеся религиозные убеждения не могут быть быстро изжиты, и что народная поддержка имеет приоритетное значение для революции. Разделение и отчуждение масс на почве религиозных вопросов никак не способствовало этой поддержке.


title: Неприсягнувшие священники

text: Конфликт вокруг религии оказал огромное негативное воздействие на Людовика XVI. Людовик был глубоко набожным человеком, и в то время как публично он был обязан одобрять гражданскую конституцию духовенства, в своей частной жизни он полностью её отвергал. В Пальмовое воскресенье в апреле 1791 года он принял причастие от неприсягнувшего священника. В то время как друзья, советники, и его жена решительно призывали его бежать из страны, Людовик сопротивлялся этим предложениям. Нападение на духовенство стало переломным моментом, который привел к несчастливому бегству короля в Варенн в июне 1791 года.


title: Византийская эпистолография

text: Византийская эпистолография — искусство написания писем, один из жанров византийской литературы, в количественном отношении самый значительный. Искусство написания писем было популярно среди византийских интеллектуалов и рассматривалось как разновидности риторики. Как риторический жанр, византийская эпистолография воспроизводила классические эллинистические образцы, начиная от Платона, Аристотеля и посланий апостола Павла. Хотя написание писем практикуется со времён Хаммурапи, только у древних греков были впервые сформулированы теоретические принципы этого жанра. Старейшие практические руководства по написанию писем принадлежат (псевдо)-Деметрию Фалерскому, представителю второй софистики Филострату (ум. 247) и христианскому богослову Григорию Назианзину. Они сформулировали принципы, согласно которым читатель ожидает от автора письма прежде всего ясности мысли, выраженной кратко и талантливо. В VII веке эпистолярная традиция эпистолографии прервалась примерно на 150 лет. Затем жанр возродился в IX веке благодаря монаху Феодору Студиту, а наивысшего расцвета достигал в XI—XII и XIV—XV веках.


title: Византийская эпистолография

text: Существовали определённые правила написания писем: их размер, как правило, составлял около 400 слов, что позволяло письму уместиться на листе пергамента, они редко включали формулы приветствия и прощания, а также дату написания. Стиль их тщательно проработан и в нём можно проследить влияние . Значительное внимание уделялось подчёркиванию отношений между автором письма и адресатом, вручение письма могло дополняться сопроводительным подарком или стихами. Письма раннего периода византийской истории написаны на латыни, греческом, коптском и сирийском языках, но начиная с VII века использовался исключительно греческий. В собраниях, как правило, сохранялись письма только одного из адресатов, но в некоторых случаях можно проследить общение с обеих сторон. Сохранившиеся письма принадлежат представителям всех слоёв византийского общества, от императоров до солдат и монахов.


title: Византийская эпистолография

text: До нашего времени дошли преимущественно литературные письма; частная переписка сохранилась практически исключительно на папирусах в Египте. Византийские письма оцениваются противоречиво в качестве исторического источника, и многими исследователями эта ценность вообще отрицается. Начиная со второй половины XX века исследование византийской эпистолографии развивается в нескольких направлениях: ведётся работа над научными изданиями сборников писем, пополняются просопографические базы данных и строятся графы, изучаются язык и стиль писем.


title: Византийская эпистолография

text: Сохранившиеся письма принадлежат представителям всех слоёв византийского общества, от императоров до солдат и монахов. Оценка количества сохранившихся греческих писем IV—XV веков постоянно уточняется, и по данным на 2010 год их приблизительно в 280 коллекциях. Сохранилась только незначительная часть произведённого за более чем тысячелетие эпистолярного материала — только в редких случаях известны послания обоих корреспондентов, и только в 70 коллекциях насчитывается более 15 писем. Для периода X—XII веков приводится оценка в примерно 2000 писем в 27 сборниках. Известны имена 355 поздневизантийских (1204—1453) эпистолографов, написавших более 5900 писем, из которых на начало 1970-х годов было опубликовано 3642 письма. По характеру географического распределения писем можно выделить два периода: если до VI века письма распределены по всему региону восточного Средиземноморья (преимущественного его юго-восточной части), то после IX века практически все авторы связаны с Константинополем. Почти все авторы писем мужчины, и только к XIV веку относится первое известное письмо, написанное женщиной — Ириной Хумненой (ок. 1292 — до 1360). Мужчины также составляют подавляющее большинство адресатов. С социальной точки зрения византийские эпистолярии практически полностью принадлежали к высшим слоям общества. Однако даже для наиболее популярных эпистолярных сборников количество известных рукописей несравнимо меньше числа рукописей, в которых сохранились произведения других жанров. Большинство писем было известно только непосредственным участникам переписки, и только самые известные сборники сохранились в одном или двух экземплярах — по сравнению с, например, 850 рукописями агиографического труда Симеона Метафраста.


title: Византийская эпистолография

text: Сборники литературных писем составлялись и редактировались после смерти их авторов. Тексты в них только внешне относились к эпистолярному жанру, и представляли, фактически, риторические и философские трактаты. Таковы письма Платона и Фукидида, более поздние сборники наставительных писем Сенеки и Музония Руфа. К этому же типу относят философские письма Аполлония Тианского и духовные наставления апостола Павла. В позднеантичный период составление фиктивных писем было частью обучения в риторических школах в качестве упражнения на персонификацию () и подражанию персонажу (). Частные письма долгое время не рассматривались как заслуживающие внимания, и первыми получившими широкую известность из писем, не предназначавшими для публикации были, вероятно, письма Цицерона. Позднее было опубликовано много сборников личных писем, из которых наибольшую известность получили императору Траяну и оратора Фронтона. Для читателей они были ценны не своим содержанием, а как образец для подражания и источник идей, поэтому в сборниках их располагали не в хронологическом порядке, а из эстетических соображений. Процесс формирования коллекций писем был непрерывным. Поздневизантийский автор советовал прежде чем передать письмо в руки гонца поместить его в книгу с другими письмами. Подобные книги вели Никифор Григора, , (из трёх томов его переписки с 1400 письмами сохранился только один). Перед отправкой копировал свои письма влиятельнейший монах Феодор Студит, в результате чего было составлено пять книг его переписки. После смерти автора их переписывали и собирали в антологии. Некоторые авторы тщательно подходили к составлению сборников своих писем. Так, во всех 77 известных письмах митрополита Иоанна Мавропа (XI век) устранены сведения об адресатах — как объясняет в одной из эпиграмм сам митрополит, таково было его намерение, поскольку он хотел сохранить только лучшие письма, и чтобы они воспринимались как литературные произведения. Большинство поздневизантийских писем также претерпели редакторскую обработку, которую можно обнаружить сравнением писем в различных рукописных «изданиях». Обработка включала в себя корректировку текста, изменение порядка писем в сборниках, исключение некоторых эпистолярных произведений.


title: Византийская эпистолография

text: Современная типизация античных писем существенно проще, чем предлагавшаяся древнегреческими теоретиками. В крупной папирологической базе HGV, содержащей данные для всего греко-римского мира, письма делятся на три типа: официальные, деловые и частные. В статье для энциклопедии Паули-Виссова Йоханнес Сикутрис делит письма согласно их содержимому на частные, литературные, в форме речей, деловые, стилизирующие другие жанры, смешанные и прочие. Простую схему приводит немецкий византинист Герберт Хунгер:


title: Византийская эпистолография

text: Слово («письмо») происходит от глагола , обозначавшего передачу сообщения на расстоянии, как письменного, так и устного — в таком смысле оно используется у Фукидида (V век до н. э.), но у Ксенофонта (IV век до н. э.) его смысл ограничивается только письменной формой. С развитием технологий менялись материалы, используемые для написания писем. Во времена Гомера это были глиняные таблички (), подобные тем, которые находят в Кноссе и Пилосе, и покрытые воском деревянные. Послание VI века до н. э. с острова Березань нацарапано на свинцовой табличке, такая технология встречается и тысячу лет спустя. Наиболее предпочтительным материалом был привозимый из Египта папирус (), на котором писали чернилами тростниковым пером. В Афинах этот материал был известен не позднее 490 года до н. э.


title: Византийская эпистолография

text: Имя первого человека, отправившего письмо, не сохранилось. Христианский писатель II—III веков Климент Александрийский, ссылаясь на современника Геродота Гелланика, приписывает эту честь персидской царице Атоссе, а Диодор Сицилийский легендарному законодателю Харонду. В научной литературе появление писем в греко-римской литературе часто связывают с «Илиадой» Гомера, в которой Прет вручил Беллерофонту «злосоветные знаки». В классической драме письма использовались для указания на тайные и зловещие сообщения, как письмо Федры в «Ипполите» Еврипида. Вероятно, такое отношение отражало политическую обстановку в демократических Афинах VI—V веков до н. э., где все важные вопросы должны были решаться публично и открыто. Древнейшая переписка, о которой нам известно со слов Геродота, велась в начале 520-х годов до н. э. между фараоном Амасисом II и Поликратом Самоским. Папирологические источники эллинистического периода подтверждают, что к III веку до н. э. письма широко применялись для ведения частных и официальных дел. После смерти Александра Македонского и распада его империи количество официальных писем существенно увеличилось.


title: Византийская эпистолография

text: После подчинения Греции Риму латинская литература заимствовала её риторические приёмы, и эпистолярный жанр получил дальнейшее развитие у Цицерона, Сенеки и Плиния Младшего. В греческой литературе начиная со II века развитие эпистолографии связано с направлением, известным как «вторая софистика». Изменившиеся политические условия, отсутствие политической самостоятельности, привело к усилению роли риторики. Как писал софист Элий Аристид, «насколько предпочтительнее командовать, чем прислуживать, настолько предпочтительнее говорить о необходимом, чем действовать». В этот период подражание классическим образцам получает широкое распространение и возникает искусственный стиль литературного языка — «аттикизм», максимально близкий языку аттической прозы IV века до н. э. Во II—III веках три представителя «второй софистики», Алкифрон, Клавдий Элиан и Филострат Лемносский написали несколько сборников писем. Они не внесли значительного вклада в теорию эпистолографии, и по прежнему основным эстетическим критерием письма служит ясность (). Теоретические рассуждения софистов касаются преимущественно вопроса о том, как достичь этого эффекта, и в каком отношении письмо должно стоять к аттикизму. У Алкифрона аттицизм проявлялся в миниатюрных зарисовках из жизни низших классов на темы из «Новой комедии». Повторяя основные положения Деметрия, Филострат утверждал, что «речь в письме должна казаться и более аттической, чем обычная речь, и более обычной, чем аттическая: строить её надо просто, не лишая вместе с тем приятности».


title: Византийская эпистолография

text: Эпистолярный жанр интенсивно использовала греческая и римская бюрократия. Существовало множество типов официальных писем в соответствии с их назначением. Послания эллинистических правителей подчинённым городам назывались или , указания чиновникам — , петиции царям — . Эпистолярный формат применялся и для заключения договоров (). Деловые и официальные письма зачастую копировали с минимальными изменениями из более ранних образцов. В римский период номенклатура официальных писем стала ещё детальнее, а их структура более выраженной. Таким образом, с течением времени понятие «письма» менялось, в результате чего среди современных исследователей в отдельных случаях возникают разногласия относительно возможности отнесения к эпистолярному жанру того или иного документа.


title: Византийская эпистолография

text: Считается, что греческая эпистолография стала «литературным фактом» в первые века нашей эры. Теоретические обоснования этого наблюдения ведутся в двух основных направлениях. Согласно одному из них, причиной стало развитие литературной теории и распространение риторики в школьном образовании. Истоки литературного факта ищут и в сфере культуры, переменах в психологии и морали. В последнем случае выделяется две тенденции: соотнесение перемен с распространением христианства, либо с чем-то другим. В данном разделе будут рассмотрено влияние литературной теории на развитие эпистолярного жанра.


title: Византийская эпистолография

text: Некоторое представление о том, как следует писать письма можно найти у ученика Аристотеля Феофраста, согласно которому высокомерный человек «в письмах не пишет: „Ты сделаешь мне одолжение“, но „Мне желательно“, „Я послал человека, чтобы получить от тебя“ и „Чтобы так оно и было“, „Без промедления!“». Вероятно, в этот период базовые навыки эпистолографии преподавали в школах, во всяком случае, такой вывод можно сделать из однотипности композиций сохранившихся писем. Два из древнейших сохранившихся руководств ранее приписывали философу III века до н. э. Деметрию Фалерскому, но в настоящее время установлено, что в обоих случаях это были более поздние авторы. Первое из руководств, «О стиле» ("De elocutione"), датируют примерно в диапазоне от середины II века до н. э. до I века до н. э. В отличие от более поздних руководств, оно содержит только теоретические рассуждения, без образцов. Письмо определяется в нём как «сжатое выражение дружеского расположения и рассказ о простых вещах простыми словами». Другому псевдо-Деметрию приписывают ещё руководство «О типах писем» (, "Formae epistolicae"), формирование которого завершилось только в III веке. К этому времени древнегреческая эпистолография накопила богатый опыт, начиная с фиктивных писем в исторических и художественных произведениях, писем Аристотеля правителям и философам, до фантастических инсценировок Мениппа, сочинявшего письма от имени богов. Из предшествующих теоретиков жанра псевдо-Деметрий ссылается на издателя диалогов Аристотеля, Артемона, утверждавшего, что письмо следует писать также, как диалог, половиной которого оно является. На примере произведений великого философа Деметрий показывал, что к письму предъявляются другие требования, нежели диалогу, прежде всего, изящество и краткость. Далее в своём руководстве Деметрий перечисляет 21 тип письма и даёт пояснения, как и когда их следует применять. Так, дружеский тип письма адресуют не только другу, но иногда такой стиль выбирают правители или полководцы при обращении к подчинённым, а пренебрежительным письмом можно сделать вид, что не считаешь себя униженным. В руководстве не уделено внимания технологии написания писем, не упоминаются фразы приветствия и прощания. Не вполне ясно, использовалось ли это руководство на практике; вероятно, оно имело скорее методологическое значение.


title: Византийская эпистолография

text: Популяризацию эпистолярной практики в середине IV века связывают с деятельностью риторической школы Либания, к числу учеников и корреспондентов которого принадлежали такие видные языческие и христианские ораторы, как император Юлиан, богословы Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Назианзин и ритор Афтоний. Сохранилась огромное количество писем этого периода — около 1600 одного только Либания. Некоторые из них содержат упражнения по составлению речей и посланий, которые Либаний предлагал своим ученикам. В качестве примеров он предлагал как лучшие образцы, так и наименее удачные письма из тех, которые ему доводилось получать. Ставя в пример своего товарища по афинской школе Клематия, он указывает на качества хорошо составленного послания: ясность мысли и аттический язык позволяют почувствовать благородный характер. Этим требованиям вполне удовлетворяют письма Юлиана. В примерно ста письмах этого императора содержатся его раздумья о роли правителя, о борьбе с противниками его религиозных и философских взглядов, сведения исторического и биографического характера. В конце IV века три принципа жанра сформулировал Григорий Назианзин. Согласно первому из них, необходимо писать письма соразмерно: «… не надо ни слишком длинно описывать события, когда их мало, ни слишком скупо, когда их много». Принцип ясности требовал избегать ненужных логических рассуждений, и «больше склоняться к разговорной речи; короче говоря, то письмо самое лучшее и красивое, которое убедит и простого человека и человека образованного, первого — своей общедоступностью, второго — тем, что оно отступает от общеупотребительности и само по себе понятно». Наконец, очарования письма можно достичь умеренным употреблением шуток, поговорок и риторических фигур. Завершает и обобщает теоретическое развитие эпистолярного жанра второй софистики анонимный трактат «О стилях писем» (, "Characteres epistolici"), существующий в двух версиях, одна из которых приписывается Проклу, а другая Либанию. Они существенно старше, чем учебник псевдо-Деметрия, и датируются IV—VI веками, хотя не ясно, какая из версий старше. В руководстве псевдо-Либания приводится классификация писем на 41 подвид, из которых только 13 совпадает с выявленными псевдо-Деметрием. Среди новых типов — письма любовные, посвятительные, наставительные, загадочные и другие. Примечательно, что последний тип получил название «смешанного», допуская варьирование стилей. Заданность типов, однако, не исключала необходимости проявить оригинальность в частностях. Письмовник псевдо-Либания существует в многочисленных рукописях, за столетия обращения он дополнялся интерполяциями, некоторые из которых в разы превосходили оригинал по размеру.


title: Византийская эпистолография

text: Указанными руководствами практически исчерпывается перечень доступных византийцам формальных учебников эпистолографии. Помимо этого можно указать только отдельные главы в более общих учебниках риторического искусства. В посвящённой письмам главе трактата «"Ars rethorica"» теоретика римской риторической школы (IV век), отмечается важность принятия во внимание характера адресата. Его классификация, видимо, в силу принадлежности к другой эпистолярной традиции, включает только два типа писем — деловые и личные. В монографии южноафриканского богослова приводится ещё несколько сохранившихся фрагментарно на папирусах эпистолярных руководств ранневизантийского периода. После тысячелетнего перерыва эпистолография получила теоретическое рассмотрение в энциклопедии , составленной в первой половине XIV века. Осуждая тех современников, которые составляют письма, слишком похожие на настоящие речи, этот учёный монах советовал включать в послания «изречения мудрецов, так называемые апофегмы, пословицы», но избегать вычурного летописного стиля, «ораторской или ритмической прозы либо, по крайней мере, пользоваться ею весьма умеренно». Высшее изящество, по мнению Ракендита, заключается в вставленных стихах Гомера или какого-нибудь древнего неизвестного поэта. Столь полное отсутствие руководств учебников эпистолярного мастерства в средний и поздний периоды, учитывая многочисленность сочинений такого рода у арабов и на латинском Западе, где процветал, сложно объяснить. С одной стороны богатая предшествующая традиция и миметическая направленность литературы делала излишним создание новых руководств, с другой, по предположению профессора Стратиса Папаиоанну ("Stratis Papaioannou"), в Византии большее значение имели не правила письма, а авторский выбор. При таком подходе стилистически выверенное письмо становилось продуктом хорошего образования, которое было доступно относительно небольшому числу людей. Традиции и условности, несомненно присутствуя в византийской эпистолографии, проходили через фильтр субъективных установок, выражая тем самым авторскую индивидуальность. Поясняя свою мысль, Папаиоанну указывает на пример сложной интертекстуальности в одном из писем Иоанна Мавропа, где он задаётся вопросом — если, согласно традиции, он должен быть немногословен, то почему же он должен присылать щедрые подарки? На буквальном уровне речь идёт о лаконической краткости писем и об обычае присылать вместе с письмами подарки. При этом образованный читатель должен был оценить аллюзию на известное место из «Илиады» (3.214), где Менелай описывает Атрида как «немногословного» (). В результате неологизм Мавропа (букв. «немногодарный», ) изящно оттенял скудость его подарка.


title: Византийская эпистолография

text: Начало второго периода византийской эпистолографии, рассматриваемого как переходный к средневизантийскому, малопродуктивно. К VI веку относятся письма псевдо-Дионисия Ареопагита, которые ближе к философским трактатам, и фиктивные письма Аристенета. Десять писем псевдо-Дионисия Ареопагита относятся к традиции, начатой Афанасием Александрийским, то есть являются письмами только внешне, представляя собой философские монологи. В них нет таких обычных приёмов, как обращение к адресату или риторических украшений и эпитетов. В отличие от них, псевдоэпистолография Аристенета и Феофилакта Симокатты (первая половина VII века) более традиционна и относится к поджанру, известному с античности, хотя и не очень распространённому. Две книги «Любовных писем», дошедшие под именем Аристенета, принадлежат, возможно, разным авторам. Эпистолярная форма в них используется как традиционная условность, и произведение можно рассматривать как переходное к средневековой новелле. Однако оно во многих отношениях сближается с античной эпистолографией: именами героев, упоминанием древнегреческих празднеств и обычаев, сюжетами и мотивами и текстовой близостью с авторами от Гомера до Лукиана и Филострата Старшего. Несмотря на то, что многие письма почти целиком составлены из фраз, написанных античными прозаиками и поэтами, получившееся в результате произведение оригинально и выдержано в едином стиле и идейной направленности. 85 фиктивных писем Симокатты написаны в духе авторов «второй софистики» и делятся на три группы: приписываемые знаменитым философам нравоучительные, написанные от лица рыбаков и крестьян бытовые и любовные. В такой последовательности письма сгруппированы в триады. Они не отсылают к реалиям византийской жизни VII века, а их мораль восходит к басням Эзопа, языческой мифологии и христианским поучениям. По мнению Т. Поповой, стилистическими ориентирами для Симокатты были ритор III века Алкифрон, писавший от имени рыбаков, земледельцев, параситов и гетер, и, в большей степени, его современник Филострат. Более поздние подражатели Алкифрона не известны. В Средние века письма Симокатты ценились более, чем его «История» и были в начале XVI века переведены на латынь Коперником.


title: Византийская эпистолография

text: В начале IX века эпистолярный жанр вновь обрёл популярность как функциональный элемент политической и религиозной борьбы. Хотя письма и не стали распространённым форматом выражения глубоких идей, сохранилось множество философских писем таких важных авторов, как теоретик монашества Феодор Студит, патриархи Фотий и Николай Мистик, архиепископ Арефа Кесарийский, Никита Пафлагон и других. Авторы писем VII—IX веков живо откликались на идейный споры своего времени, от полемики Максима Исповедника против монофелитства до Фотиевой схизмы и спора о четвёртом браке императора Льва Мудрого. Во время второго периода иконоборчества (814—842) церковные власти пытались изолировать лидеров движения иконопочитателей, многие из которых были изгнаны. Благодаря обширной переписке сосланного в Вифинию Феодора Студита (759—826) с монахами, епископами, настоятелями и церковными иерархами сформировалась фактически «церковь в изгнании». В своих письмах он часто затрагивал практические вопросы непростой церковной жизни в этот период гонений, давая советы и утешение своим единомышленникам. По сравнению с Аристенетом и Феофилактом Симокаттой, Феодор Студит в своём эпистолярном творчестве позволяет себе отдельные отступления от античных образцов. У него можно найти не только классические пассажи о том, что в письме отражается душа и характер пишущего или похвалы адресату за ранее полученное от него послание, но и стилистические новации. Удлинённые обращения в адресату и использование самоуничижительных эпитетов («червяк», «недостойный раб» и т. п.), витиеватые выражения подобострастия, огромное количество следующих один за другим риторических вопросов в дальнейшем станут характернейшими чертами византийской эпистолографии. Обширная переписка настоятеля Студийского монастыря (известно 564 его письма) подразделяется на шесть неравных по объёму частей, различающихся тематически и стилистически. Являясь активным участником иконоборческих споров, примерно 40 своих писем Феодор отправил иконоборцам и в разные монастыри. Десять из этих писем составлены в форме катехизиса, то есть вопросов и ответов — такой тип писем до этого не встречался. Вторая группа писем касается догматических и моральных вопросов. Третья и четвёртая, под влиянием Василия Великого, обращена к монахам со словами утешения или поддержки для тех из них, которые оставили свои обязанности. Пятая группа писем, наиболее интересная историкам, обращена представителям высшей церковной и государственной власти, в том числе императору и папе. Крупнейшая часть собрания писем Студита включает письма друзьям, знакомым и ученикам. Отдельно исследователи отмечают значительное место в переписке настоятеля женщин, к которым обращено 76 его писем. В раннехристианской эпистолографии переписка отцов Церкви с набожными и высокопоставленными женщинами была обычным явлением. После V века ситуация радикально изменилась, и письма Студита сторонницам иконопочитания отмечают возрождение прерванной традиции. В этих посланиях он высоко оценивает моральные и христианские добродетели своих корреспонденток, почитая их как исповедниц и мучениц.


title: Византийская эпистолография

text: Первые признаки восстановления жанра после «Тёмных веков» уже видны в письмах патриарха Фотия (ум. 896), хотя полемический аспект значителен и у более поздних авторов Николая Мистика и Арефы Кесарийского. Письма Фотия лишены каких-либо следов риторики и просты по форме, что позволяет подчеркнуть значимость их содержания. Свои эстетические принципы он выразил следующим образом: «Не думай, будто я говорю, что искусство, сила и мощь красноречия состоят в чрезмерности и напыщенности, уродующих естественную прелесть слова цветистыми украшениями и с помощью накладных красок превращающихся в нечто недоразвитое и вялое. И не в том оно заключается, чтобы принять мрачный вид и забыть об улыбке, чураться всего полезного, на всё напускать глубокий туман и неясность, запутывать и навсегда запугивать простецов мраком, будто бы присущим мудрости…». Обобщающих исследований, посвящённых письмам среднего периода византийской истории, нет. Для X века наиболее полный перечень авторов писем подготовил («Épistoliers byzantins du Xe siècle», 1960), большое значение имеет также монография Густава Карлссона («Idéologie et cérémonial dans l'épistolographie byzantine. Textes du Xe siècle analysés et commentés», 1959). Помимо упомянутых выше Николая Мистика и Арефы Кесарийского, примечательны письма митрополита , в конце X века посетившего с посольствами Рим для поддержки антипапы Иоанна XVI и Ахен для обсуждения заключения династического брака. Александр Каждан отмечает мягкий юмор и сарказм этих писем; в 1985 году вышло их научное издание с английским переводом. Коллекциями Иоанна Мавропа (ок. 1000 — ок. 1092), Михаила Пселла (1018 — ок. 1078) и Феофилакта Охридского (ок. 1055 — после 1107) исчерпывается перечень крупных эпистолярных собраний XI века, помимо этого можно указать только Симеона Нового Богослова, Михаила Керулария и Никиту Стефата. Далее до 1204 эпистолярная традиция передаётся непрерывно — от Феофилакта к его родственникам Торникам, Дмитрию и его сыновьям, затем к Феодору Продрому, , достигает вершины у Иоанна Цеца и далее до конца XI века у Евстафия Солунского и братьев Хониатов. Фактически, однако, падение Константинополя в 1204 году не стало значимой вехой в эпистолографии, и письма Евфимия Малаки (ок. 1115 — до 1204) мало чем отличаются от писем Димитрия Хоматиана, Иоанна Апокавка или даже Михаила Гавры (ок. 1290 — после 1350). По мнению авторов фундаментального справочника по византийскому источниковедению И. Караяннопулоса и Г. Вайсса, наивысшего расцвета жанр достигал в XI—XII и XIV—XV веках.


title: Византийская эпистолография

text: Главной тенденцией средневизантийской эпистолографии считается усиление «деконкретизации», проявляющееся в стремлении авторов избегать конкретных сведений о жизни того или иного человека или событии. По мнению британского византиниста , «для нас письмо — это сообщение, сопровождаемое выражением личного отношения; византийское письмо — это безличная риторическая загогулина, которая либо не содержит никакого сообщения, либо, если это не так, сообщение настолько неясно и наполнено аллюзиями, что почти непознаваемо». Таково длинное письмо архиепископа Феофилакта Охридского к императору Константину X Дуке с какой-то важной для отправителя просьбой, суть которой из самого письма для современного читателя остаётся неясной. Вероятно, по давно сложившейся традиции саму просьбу на словах должен был передать письмоносец. Письма Феолакта являются ценным источником по экономической, социальной и политической истории Византийской Болгарии. Помимо традиционных дружеских писем, в эпистолярном наследии Феофилакта есть достаточно редкие рекомендательные ("συστατικες") и поминальные письма. Их необычность проявляется во введении в повествование третьего лица, необходимости охарактеризовать отношение автора и читателя к нему. В случае рекомендации возникает дополнительная необходимость описать проблему, в разрешении которой требуется участие адресата, а с поминальными письмами связана теоретическая сложность введения элемента трагедии, несвойственного эпистолярному жанру. Важность писем Феофилакта Охридского была осознана ещё в Новое время, и первое издание писем Феофилакта было подготовлено Йоханнесом Меурзием в 1617 году. В последующие столетия продолжалась работа над рукописями и уточнением известных писем, но по состоянию на 2016 год их научное издание так и не вышло.


title: Византийская эпистолография

text: Письма палеологовского периода, сохраняя общие для византийской эпистолографии черты, имеют заметные особенности. Различия, по мнению Маргарет Маллет, проистекают из-за изменившегося образа жизни византийцев из высших классов, ставшего более космополитичным. Если для интеллектуалов XII века жизнь вне столицы была изгнанием, то для Димитрия Кидониса в конце XIV века она подразумевала тягостную необходимость узнавать плохие новости лично или от знакомых. Обсуждение придворных интриг у Кидониса или Никифора Григоры (ок. 1295 — ок. 1360) или военных походов у императора Мануила II было немыслимым для средневизантийских эпистоляриев. Причину этого исследовательница видит в большей степени близости интеллектуалов ко власти в период поздней империи, чем во времена Комнинов. Обсуждаются в письмах и другие общественно значимые вопросы — исихазм, споры об объединении церквей, территориальные потери империи. Описание Чёрной смерти 1347 года Кидонисом не имеет аналогов в предшествующей эпистолографии.


title: Византийская эпистолография

text: Большинство исследователей отмечают изменения в эпистолярной практике, произошедшие в первые века нашей эры и, как правило, в качестве объяснения этого явления указывают на распространение христианства. Действительно, начиная с посланий апостола Павла, Игнатия, Поликарпа и Климента эпистолярная форма была популярна у христианских эпистолографов, которые, опираясь на античную традицию, привнесли в неё совершенно другую проблематику. В письмах Великих каппадокийцев ставятся новые эстетические, богословско-философские, гносеологические вопросы. Одновременно с этим они следовали классическим приёмам, и также, как их античные предшественники, выражали радость по поводу полученного послания, видели в письмах душу собеседника и воображали, читая письмо, его присутствие. Однако не все христианские авторы следовали традиции — таковы например, письма епископа Афанасия Александрийского, лишённые риторических украшений, и заполненные от начала до конца чисто деловым содержанием. Несколько теоретических новаций было введено в позднеантичной латинской эпистолографии. Епископ Павлин Ноланский переформулировал традиционное представление о том, что письма являются несовершенной заменой личного присутствия. Наоборот, считал он, идеальный контакт посредством писем более возвышен, чем непосредственный. Отсутствие корреспондента он мыслил как аналогию отсутствия божества, и обмен письмами приобретал в такой трактовке характер священнодействия. Однако относительно того, как соотносится специфическая христианская эпистолография с эпистолографией широких масс, существуют полярные точки зрения. Итальянский папиролог предположил, что благодаря новой религии в переписку между бедными и богатыми проникли чувства уважения и сострадания, однако детальные семантические исследования, за пределами нюансов словоупотребления, не позволяют выявить особенности мироощущения христиан и язычников.


title: Византийская эпистолография

text: Если до II века письма в основном были посвящены хозяйственным делам или денежным просьбам, то в более поздних речь всё чаще идёт об эмоциональном и физическом состоянии корреспондентов. Из 8044 греческих папирологических писем, содержащихся в базе «Trismegistos Texts Database» на 1 января 2017 года, 4736 были помечены как частные, из которых 440 писем выражали ту или иную эмоцию. Примерно треть эмоционально окрашенных писем описывают ощущения автора письма от отсутствия возможности непосредственного общения с адресатом. Нередки сожаления по поводу расставаний и пожелания здоровья или выздоровления — не лишние, учитывая среднюю продолжительность жизни 35 лет в греко-римском Египте. Письма жителей римского Египта чрезвычайно сентиментальны, а изображаемая ими картина жизни чрезвычайно мучительна. Авторов писем страшат одиночество, болезни и смерть, или их предчувствие, они просят своих корреспондентов приехать как можно скорее. Здоровье было не единственным источником тревог египтян — хозяйственные заботы, измена супруга, пренебрежение к кротости и бедности нередки в письмах II—IV веков. По наблюдению Аркадия Ковельмана, письма II—IV веков являются отражением изменившейся морали, по сравнению с моралью предыдущей эпохи более сконцентрированной на отношении к чувствам и добродетелям. Новое отношение морали, по мнению российского историка, вызвано двумя противоречивыми обстоятельствами: распространением конфликтов и призывами к прощению и терпению. Одновременно с этим в письмах фиксируются и новые эмоции — жажда милосердия, повышенная чувствительность и т. п. В середине X века тема болезни и смерти снова становится популярной во всех литературных жанрах. Медицинскими исследованиями занимался Михаил Пселл, Анна Комнина оставила детальное описание смерти своего отца. Из эпистоляриев ипохондрические мотивы наиболее сильно заметны у Феофилакта Охридского.


title: Византийская эпистолография

text: Древнегреческое слово , использовавшееся позднее и византийцами, не сразу приобрело значение с подразумеваемой не только ментальной, но и социальной связью. Во времена Гомера оно имело смысл «гостеприимства», но в Новом Завете оно характеризовало духовные взаимоотношения Христа с апостолами. Не позднее III века Климент Александрийский интерпретировал слово в смысле межличностных отношений в духе аристотелевской этики. Хорошо изучена эволюция дружеских посланий в греческой эпистолографии — можно сказать, это её главная тема. Её можно проследить от писем римской аристократии начиная с Цицерона, а затем Плиния Младшего. Ведение переписки с высокопоставленными адресатами на приятные темы приобрело социальный смысл, поскольку выражение дружбы и пожелания здоровья помогали поддерживать отношения с друзьями-политиками. С расширением Римской империи возник обширный слой провинциальной элиты, и римские аристократические манеры были восприняты в крупных эллинистических центрах. Среди обнаруженных в Египте папирусов сохранились тысячи дружеских писем. В тех случаях, когда можно установить имя отправителя, это, чаще всего римляне, греки или эллинизированные египтяне из высших слоёв общества, получившие греческое образование. Такие дружеские письма назывались или . С темой дружбы связано особенно большое число клише — упоминание знаменитых мифологических друзей, игра слов с использованием слова (в значении любовная магия оно встречалось уже в письмах Великих каппадокийцев), «друг это второе Я» и т. д. Филофронетические письма нередко сопровождались подарками. А. Ковельман отмечает, что дружелюбие писем не отрицает наличие конфликтных ситуаций. С одной стороны, если переписка является проявлением дружеских чувств, то отсутствие писем — признак пренебрежения к корреспонденту, и сетования на ленность в написании писем является распространённой темой. С другой стороны, многочисленность писем родственникам (то есть отсутствие личного общения) указывают на распад традиционной семьи. В трудах отца Церкви Аврелия Августина было переосмыслено классическое понятие дружбы (), которое предполагало совершенно иной тип посланий, в котором высказывались откровенные суждения и порицание ошибок. Согласно Августину, лишённые критики дружеские отношения являются «сплошным обманом», и могут стать причиной (а в его случае так и произошло) впадения в ересь. Вместо этого правильным является поддержание «христианской дружбы», разделяемой между всеми христианами, в которой нормальным является указание другу на его ошибки. Напротив, отношение к дружбе другого отца Церкви IV века, Василия Великого, более традиционно, и мало чем отличается от взглядов Либания и императора Юлиана. Григорий Назианзин видел в дружбе онтологическое единство, «одну душу в двух телах».


title: Византийская эпистолография

text: По оценке Александра Каждана, к дружбе в X—XII веках у византийцев было крайне настороженное отношение. Монах Симеон Новый Богослов утверждал, что дружбы не существует, а «есть только тяга к пустой болтовне и совместной жратве». Опасаться друзей больше, чем врагов советует с своём «Стратегиконе» Кекавмен. Тем не менее, тема дружбы по прежнему занимает видное место в письмах образованных византийцев. Всесторонне это понятие рассмотрено в письмах историка и писателя Михаила Пселла, по мнению которого основой настоящей дружбы являются прежде всего общие научные интересы. Внушительная корреспонденция Пселла (более 500 уже опубликованных писем) ещё не исследована в полном объёме, и принципы её классификации ещё не выработаны. Среди адресатов Пселла восемь императоров, три патриарха, высшие чиновники, митрополиты и епископы. Особенно много значили для Пселла отношения, установившиеся во время учёбы в школе Иоанна Мавропа с соучениками и самим Мавропом. Переписка бывших учителя и ученика продолжалась почти на протяжении жизни обоих. Поддерживал отношения со своими бывшими учителями и видный государственный деятель конца X века , оттачивая в переписке с ними своё эпистолярное мастерство.


title: Византийская эпистолография

text: Дружеские связи византийских эпистолографов имели совершенно определённое социальное измерение, и чаще всего представляли собой хрупкие, не симметричные и не взаимные отношения, имеющие больше сходства с отношениями клиента и покровителя. С этой точки зрения дружеские письма можно разделить на две группы — те, которые писали представители светской и духовной аристократии с целью упрочить свой статус, и те, чьи авторы пытались таким образом подняться по социальной лестнице. Формируемые благодаря переписке связи между представителями византийской интеллектуальной элиты являются популярным направлением исследования в последние десятилетия. Достаточно большим для проведения таких исследований числом адресатов, к сожалению, обладает не так много эпистолографов. Одним из них является митрополит Михаила Хониата (1138 — ок. 1222), брат знаменитого историка. Покинув в первой половине XII века Малую Азию, свою дальнейшую карьеру Михаил продолжал в Константинополе, Афинах, основе Кеос и закончил в монастыре близ Фермопил. Среди адресатов его 181 письма 80 высокообразованных и высокопоставленных персон, преимущественно мужчин. Письма демонстрируют широкий круг интересов их автора и его чувство юмора. Одним из корреспондентов Хониата был его учитель, архиепископ Евстафий Солунский (ок. 1115 — ок. 1195), чья переписка также сохранилась. 48 писем Евстафия существенно менее информативны относительно сети контактов, в них больше внимания уделяется стилю, подаркам и прочим церемониальным моментам. Новым в его письмах является использование в качестве литературного материала повседневной жизни, ранее презираемой в византийской литературе. Из всех византийских авторов Евстафий, вероятно, больше всего обращал внимание на эстетическое совершенство плодов, вина и других продуктов питания.


title: Византийская эпистолография

text: Написание образцовых, стилистически правильных писем требовало особых навыков, выработке которых были посвящены эпистолярные руководства. Особенно трудны были вступления, и даже такой известный литератор как митрополит Михаил Хониат прибегал к готовым компиляциям. Грамотный автор мог написать своё послание и сам, но чаще надиктовывал ("amanuensis", "librarius", "servus ab epistulis"). В знак особого расположения автор мог сделать к письму собственноручную приписку, постскриптум. Представители низших слоёв общества писали письма сами на основании полученного в школах образования, хотя специальной посвящённой написанию писем дисциплины не было. Базовые конструкции приводятся в грамматических учебниках Дионисия Фракийского (I век до н .э.) и Аполлония Дискола (II век). Обучение эпистолографии заключалось в выполнении упражнений (прогимнасмат) согласно образцам. Лучшими считались письма Григория Назианзина, Григория Нисского, Либания. В IX веке патриарх Фотий особенно рекомендовал читать письма Синезия и Василия Великого. Слегка изменённые образцы встречаются в наследии Феодора Студита, Иоанна Мавропа, Феофилакта Охридского, Евфимия Малаки, и Димитрия Кидониса. Образовательный процесс сам по себе также становился темой писем. Наиболее интересны в этом смысле 122 письма «Анонимного преподавателя», школьного учителя конца Х века. Из них перед читателям предстаёт раздражительный небогатый холостяк, поглощённый делами своей школы и литературными занятиями.


title: Византийская эпистолография

text: Византийцы предъявляли довольно существенные требования к письмам — ведь они должны были являть собой «источник свежести в пустыне», «светоч в темноте» и «песню Орфея». Письма, с одной стороны, должны были быть личными и доверительными, а с другой стороны предназначались для публикации или публичного прочтения; быть абстрактными и касаться повседневной жизни, формальными и эмоциональными. Существовал ряд особенностей и структурных элементов, воспроизводившихся на протяжении столетий в письмах византийцев. Простая форма приветствия («А приветствует Б») была инвертирована уже в ранневизантийский период с целью поставить адресата на первое место. Это могло означать как христианскую скромность автора, так и его уважение к социальному статусу адресата. Тогда же классическое латинское пожелание здоровья "Si tu vales bene est; ego valeo" («Если ты здоров — хорошо, я тоже здоров») было вытеснено формами с абстрактными обращениями и появились выражения из лексикона придворного церемониала. Аналогично произошло с формулами прощания. Хотя простое встречается и в средне- и поздневизантийских письмах, более распространённой была просьба в конце письма молиться за автора или вспоминать о нём. Важнейшей частью письма, на которой сосредотачивалось всё внимание читателя, был проэмий, вступление. Согласно литературной теории, при написании письма необходимо было придерживаться принципа краткости (). Его соблюдение давало автору возможность, с одной стороны, внезапно закончить письмо, а с другой — изящно извиниться за его пространность. Либаний неоднократно подчёркивал свою приверженность идеалу , способности в нескольких словах высказать всё необходимое. Письма должны были быть краткими («аттические» письма до 400 слов), или очень краткими («лаконические» письма). Почти во всех крупнейших сборниках писем «лаконические» письма в 3—6 строк составляют значительную часть. Для достижения особой выразительности применялись стилистические приёмы парономазия и асиндетон. Многие византийцы, однако, любили читать длинные письма, и некоторые авторы уступали этим желаниям.


title: Византийская эпистолография

text: Как и многие другие жанры византийской литературы, эпистолярный имел в своей основе миметическое подражание античным образцам. Согласно Герберту Хунгеру, это проявилось в использовании некоторых мифологических образах, сохранившихся в массовом сознании византийцев. Несколько широко распространённых топосов восходит к этому источнику: упоминание Гермеса, как божественного покровителя эпистоляриев; необоримое желание автора письма встретиться со своим адресатом, которому для сокращения расстояния необходимы крылатые сандалии Персея; голос сирен, которым автор письма искушает или очаровывает читателя (последняя интерпретация характерна для более позднего периода). Все эти восторженные обороты часто вызывали упрёки в лицемерии в адрес византийских эпистлографов со стороны современных исследователей. Г. Хунгер на это замечает, что «».


title: Византийская эпистолография

text: Почтовая служба появилась в Греции при Александре Македонском, была развита его преемниками, а затем римлянами. На рубеже нашей эры император Октавиан Август организовал "cursus publicus" по образцу курьерской службы эллинистического Египта. По сравнению с предшествующими, эта система давала возможность более надёжной доставки корреспонденции, поскольку один и тот же человек принимал послание у отправителя и передавал адресату. Поскольку использование "cursus publicus" для доставки личной почты формально не допускалось, или было слишком дорого, приходилось прибегать к услугам друзей или иным оказиям. Письма зачастую терялись при доставке или доставлялись долго, тайна переписки не гарантировалась. Гонцу, доставлявшему письмо, часто поручалось сообщить устное приветствие и передать подарок. Чаще всего в качестве подарка выступали свежие фрукты и овощи. Порча фруктов при транспортировке удалённым корреспондентам также отмечается эпистоляриями, а Маргарет Маллет отмечает символическую важность часто передаваемой с письмами рыбы в разных видах, для которой свежесть крайне важна. С доставкой писем связаны две классические оппозиции, часто воспроизводившиеся в византийских письмах. Первая из них связана с представлением о письме как о преграде и мосте, чувстве одиночества и присутствия, им вызываемого. В 398 году Синезий Киренский писал, что «за телесным отсутствием возлюбленного письмо способно дать образ присутствия, видимость беседы, удовлетворяя тем самым порывы души». Во времена Михаила Пселла утверждение о видимости присутствия приобрело характер «закона». Близкие по смыслу образы включали противопоставление далёкого и близкого, воображаемого путешествия и его тягот. Второй важной парой противоположностей были доверие и недоверие, возможность предательства и возникновения ложных слухов, возникающая из-за риска несанкционированного прочтения письма. Как следствие, упоминания в письмах третьих лиц и внешних событий редки, и общение писателя и читателя осуществляется в известном им обоим контексте. Соответственно, передаваемая через гонца устная часть послания могла дополнять или удостоверять письменную. Как писал Синезий, «С удивительным Геронтием шлю тебе это послание, с письмом одушевленным — неодушевленное, прими же их! Последнее отправляю более по обычаю, чем из нужды поговорить с тобой, ибо воспоминания о тебе сопряжены со мной, а этот юноша сможет рассказать обо мне куда больше тысячи писем». Письма также запечатывали печатями.


title: Византийская эпистолография

text: Получение письма было столь же эмоционально и символически насыщено, как и отправление. Симеон Метафраст так описывал момент вручения: «Я распечатал его [письмо] и сразу посмотрел на его длину, так же, как жаждущий бросает взгляд на размер чаши, прежде чем напиться». Процедура собственно прочтения писем в источниках не описана, но хорошо известно о том, как происходило последующее публичное обсуждение. Практика публичного чтения писем существовала уже в Поздней античности. В одном из своих писем (№ 1583) Либаний рассказывает о случае когда он, получив великолепное письмо от своего ученика Василия говорит «Я победил», имея в виду, что эпистолографическая победа ученика означала и триумф его учителя. В соответствующей системе метафор, письмо считалось «ребёнком» своего автора, тогда как учитель автора считался «дедом» письма. Как отмечает И. П. Медведев, в ходе последнего византийского Возрождения XIV—XV веков среди интеллектуалов возобновилась мода на создание «салонов» или «театров». Под «театром» понималось помещение, в котором происходило литературное или философское действо, и его участники. Поводом для собрания могло быть обсуждение нового литературного произведение, выступление кого-либо с речью и, в частности, зачитывание писем. В середине 1390-х годов император Мануил II Палеолог в письме к преподавателю своих детей Феодору Кавкадену писал:


title: Византийская эпистолография

text: Исход представления в театре не был предрешён, это мог быть как бурный восторг, когда театр «сотрясался от аплодисментов», так и освистание с метанием камней в незадачливого оратора. Посредством эпистолографии и театров византийские интеллектуалы в разных городах поддерживали связь между собой. Поздневизантийские литературные письма изначально предполагались для «публикации» через распространение в рукописных сборниках. Для них характерен безличный характер трактуемых сюжетов, сознательный отказ от конкретного и внеситуативность. По мнению Герберта Хунгера, основным критерием и конечной целью написания писем было миметическое подражание классическим образцам.


title: Византийская эпистолография

text: Высказанную в 1895 году немецким филологом оценку византийских писем как бессодержательных, имеющих разве что незначительную эстетическую и просопографическую ценность, разделяли многие влиятельные византинисты. Карл Крумбахер о письмах писателя XIV века , что они «ничто кроме как пустословие; даже рассматриваемый лишь с точки зрения формы этот легкомысленный завиток утомляет благодаря стереотипному повторению одинаковых слов, оборотов и смысла». Современный этап изучения античной и позднеантичной эпистолографии начался в трудах классических филологов конца XIX века и связан с попытками привлечь письма в качестве исторического источника. Применительно к посланиям Нового Завета немецкий филолог Адольф Дейссман разделил «литературные письма» ("эпистолы"), которые "эпистолографы" писали с целью последующей публикации, и «настоящие письма», отличающиеся безыскусностью и непредумышленностью. Это различие не было формальным, и цель написания письма определяла его стиль. При таком подходе оказалось, что эпистол существенно больше, чем писем, и положение не спасало даже введение промежуточной категории «эпистолярных писем». Такая классификация не была единственной. Согласно , «письмом» является любой кому-то адресованный текст, а «эпистолой» является текст, оформленный некоторым специальным образом, но не предназначенный для отправки адресату. В целом, внимание уделялось преимущественно римским авторам, и для греческой и византийской эпистолографии обобщающих работ, сопоставимых с монографией («Der Brief in der romischen Literatur», 1910), не выходило.


title: Византийская эпистолография

text: В начале 1930-х годов греческий филолог Йоханнес Сикутрис выступил с критикой подхода Дейссмана, как неприменимого для культур, в которых преобладают «частные литературные письма» и, соответственно, необходимо разработать новые методы их исследования. Сикутрис полагал ценность писем как исторического источника только потенциальной, соглашаясь с высказанной Троем идеей «деконкретизации». Соответственно, поиск исторических фактов в византийских письмах невозможен, и необходимо осуществлять точную интерпретацию смыслов и нюансов. Согласно Сикутрису интерпретация писем складывается из двух аспектов, филологического и формального. Первый предполагает подготовку научных изданий эпистолярных коллекций, их датировку, установление адресатов и авторов. Формальный аспект связан с вопросом о том, как было написано письма, при каких жизненных обстоятельствах. К сожалению, преждевременная смерть не позволила Сикутрису детально представить свою концепцию и воплотить её в жизнь. Призыв греческого учёного не был услышан, и в следующие два десятилетия работ на эту тему выходило мало, в 1940-е годы можно назвать только большую статью Моники Вагнер о письмах Феодорита Кирского (1948). Византийские письма продолжали критиковать за их риторичность, отсутствие конкретных исторических деталей и общую тривиальность, сложность стиля, рабское следование классическим образцам и стереотипность ответов. Выражая распространённое мнение, издатель и переводчик писем императора Мануила II Палеолога Джордж Деннис в 1977 году писал, что «в целом, византийские письма имеют тенденцию быть формальными и безличными и, кто-то может сказать, ужасно скучными». Важной работой, в которой письма рассматривались прежде всего с литературной точки зрения, стала соответствующая глава в монографии Герберта Хунгера. Там же приведён наиболее полный перечень важнейших изданий и исследований по состоянию на 1978 год. Весьма благожелательно охарактеризовала жанр Маргарет Маллет. По её мнению, для византийских эпистоляриев — как бы это ни раздражало историков-позитивистов — внешние факты представляли побочный интерес, в отличие от схваченной в моменте ментальности и эмоций. В этом смысле византийские письма ближе к лирической поэзии и, в какой-то степени, её заменяют.


title: Византийская эпистолография

text: Обобщающих работ по античной, позднеантичной и византийской эпистолографии, или хотя бы посвящённых им сборников статей, к настоящему времени нет. Внимание в имеющихся работах преимущественно уделено типологии писем, а также попыткам проникнуть с их помощью во внутренний мир автора, руководствуясь представлением Деметрия Фалерского о письмах, как зеркале души. До начала XXI века практически не предпринимались попытки провести всеобъемлющий анализ литературных и культурных практик, приводивших к появлению отдельных писем, регулировавших процессы их обмена и коллекционирования. То есть, за отдельными письмами признавалась ценность исторических источников или они могли быть использованы для изучения отдельных областей знания (например, письма апостола Павла), но за ними не предполагалось наличие какой-то скрытой ментальности. Серия посвящённых поздневизантийской историографии статей В. А. Сметанина, оформленная в 1987 году в итоговую монографию, предлагает систематический взгляд на предмет исследования, его методологию и место в общих византийских исследованиях. Эти работы остались практически не известны зарубежным византинистам. Предлагаемая В. Сметаниным методология предполагает изучение структуры письма, в которой выделяются две главные части: формульная, основа которой (семантема) образует «риторический формуляр», и содержательная (апангелия), которая представляет собой собственно сообщение и является связующим звеном между формулами.


title: Византийская эпистолография

text: В отсутствие обобщающих работ, со второй половины XX века существенно возросло число исследований, посвящённых отдельным эпистоляриям и изданий коллекций писем. В своём важном обзоре тенденций в изучении византийской эпистолографии Питер Хэтли ("Peter Hatlie") из называет ряд авторов, чьё наследие в последние десятилетия изучается наиболее интенсивно: Василий Великий, Феодор Студит, Николай Мистик, Михаил Пселл и Димитрий Кидонис. Среди новых тенденций, возникших в конце века XX следует упомянуть использование компьютерных технологий для выявления частоты употребления отдельных слов и выражений, а также построения графа взаимосвязей между корреспондентами. Из последних можно указать посвящённую Феофилакту Охридскому монографию Маргарет Маллет (1996). В 1988 году все классические эпистолярные учебники (два трактата псевдо-Деметрия, руководство псевдо-Либания и отрывок из «Ars rethorica» Юлия Виктора) были переведены на английский язык и изданы Абрахамом Малербом.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: Валентин Петрович Григорьев (род. 1931) ― доктор химических наук, профессор. Заслуженный деятель науки и техники Российской Федерации, Соросовский профессор.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: Валентин Петрович родился в 1931 году. В 1954 году окончил химический факультет Ростовского государственного университета по специальности физическая химия. Григорьев В. П. по распределению был направлен в Новочеркасский политехнический институт. С 1954 по 1957 год Валентин Петрович обучался в аспирантуре по специальности «Технология электрохимических производств». В 1958 году защитил кандидатскую диссертацию «Ингибиторы кислотной коррозии металлов».


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: С 1958 по 1963 год работал в Новочеркасском политехническом институте на кафедре «Технология электрохимических производств». В 1963 году Валентин Петрович перешёл в Ростовский государственный университет на кафедру физической и коллоидной химии как избранный по конкурсу на должность доцента. В 1968 году ― декан химического факультета. С 1970 по 1977 год ― проректор по учебной работе.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: В 1970 году защитил докторскую диссертацию на тему «Взаимосвязь строения поверхностно-активных веществ с их ингибирующим действием». Валентину Петровичу в 1973 году было присвоено учёное звание ― профессор.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: 1978―1989 ― проректор по научной работе Ростовского университета.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: В Ростовском государственном университете по инициативе Валентина Петровича Григорьева были организованы кафедра электрохимии (1976) и отдел электрохимии (1971) в научно-исследовательском институте физической и органической химии при РГУ, которым он руководил с момента их организации.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: Изучение влияния строения поверхностно-активных веществ и природы растворителя на кинетику электрохимических реакций ― это основное научное направление исследование профессора Григорьева В. П.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: Валентин Петрович на протяжении многих лет читает студентам и аспирантам химического факультета основные курсы по теоретической и прикладной электрохимии, руководит работой дипломников и аспирантов, подготовил 3 доктора и 26 кандидатов наук. Является автором свыше 500 научных работ, в том числе двух монографий в соавторстве с В. В. Экиликом. Профессор Григорьев имеет 104 авторских свидетельства и патента на изобретения.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: В. П. Григорьев ― Заслуженный деятель науки и техники Российской Федерации, член общественной организации «Российская академия естественных наук (РАЕН)», Соросовский профессор.


title: Григорьев, Валентин Петрович

text: Статьи


title: Самоподъёмная буровая установка

text: Самоподъемная буровая установка (СПБУ) - установка для бурения, которая в рабочем состоянии поднимается над поверхностью моря на колоннах, опирающихся на грунт. Колонны способны двигаться вертикально относительно основного корпуса (понтона). Идея о построении плавучего по опорам корпуса была предложена в 1870 году. Первая самоподъемная плавучая буровая установка была построена в 1953 году в США и названа "Де Лонг Макдермотт.


title: Самоподъёмная буровая установка

text: Во время транспортировки снимается верхняя секция опор и устанавливается на палубе, этот процесс увеличивает устойчивость без увеличения размеров понтона и уменьшает динамические нагрузки на опоры. Во время размещения буровой установки на месте бурения, на палубе устанавливаются специальные подъемно-монтажные устройства для монтажа верхних секций. Длительная остановка на одной точке бурения приводит к эрозии грунта под одной из колонн, что приводит к ее наклонению. Угол наклонения крена понтона не должен превышать 1°, так как понтон может заклинить в колонне.


title: Инус

text: Ину́с, Энунт (, ) — река в Греции, на полуострове Пелопоннесе, левый приток Эвротаса. Берёт начало в горах Парнон на северо-восточной границе Лаконии. Изливается в Эвротас севернее Спарты.


title: Инус

text: На берегах Инуса находился древний город Селласия, ныне деревня .


title: Инус

text: В XIX веке была известна как Келефина ().


title: Tennessee Whiskey

text: «Tennessee Whiskey» — песня американского певца Криса Стэплтона, вышедшая в 2015 году в качестве промосингла с его первого студийного альбома Traveller (2015). Песня выиграла премию британской ассоциации кантри-музыки и была номинирована на Academy of Country Music Awards.


title: Tennessee Whiskey

text: Впервые песня «Tennessee Whiskey» (написанная вместе с ) была исполнена американским кантри-музыкантом и вошла в его одноимённый альбом ', чья версия достигла позиции № 77 в американском кантри-чарте журнала "Billboard" Hot Country Singles в 1981 году. Кантри-музыкант Джордж Джонс в 1983 году записал свою версию и включил её в альбом ', сингл имел больший успех и достиг позиции № 2 в чарте Hot Country Singles в ноябре 1983 и № 1 в канадском чарте "RPM" Country Tracks. Эта песня была перезаписана несколькими музыкантами, но наибольший успех она имела в исполнении Криса Стэплтона, чья версия была представлена им на церемонии вместе с певцом Джастином Тимберлейком, их выступление признано ключевым моментом всего шоу. Сингл был сертифицирован в платиновом статусе Recording Industry Association of America (RIAA).


title: Tennessee Whiskey

text: Версия Криса Стэплтона достигла позиции № 1 в Hot Country Songs и № 23 в основном американском хит-параде "Billboard" Hot 100, с тиражом 131,000 копий. Через неделю она поднялась до № 20 с дополнительным тиражом в 118,000 копий. 4 мая 2016 года была сертифицирована в платиновом статусе RIAA и тираж превысил 1 млн копий в США к январю 2017 года. Тираж сингла составил 1,4 млн копий в США к январю 2018 года.


title: Дальние Камыши

text: Дальние Камыши́ () — исчезнувшее село городского округа Феодосия Республики Крым (согласно административно-территориальному делению Украины — Феодосийского горсовета Автономной Республики Крым), включённое в состав Приморского, находилось в районе юго-западной окраины современного посёлка.


title: Дальние Камыши

text: Первые поселения на месте села встречаются на карте 1842 года, на которой хутор "Семен" обозначен условным знаком «малая деревня», то есть, менее 5 дворов. На "трёхверстовой" карте 1865—1876 года в селении Малые Камыши обозначен 21 двор, на верстовой карте Крыма 1890 года в селении Дальние Камыши обозначено 140 дворов с русским населением. В статистических документах селение встречается в "«…Памятной книжке Таврической губернии на 1892 год»", согласно которой в деревне Камыши дальние Владиславской волости Феодосийского уезда, не входившей ни в одно сельское общество, числился 421 "безземельный" житель, домохозяйств не имеющих. Перепись 1897 года зафиксировала в деревне 621 жителя, 325 мужчин и 306 женщин, все православные, при этом в "«…Памятной книжке Таврической губернии на 1902 год»" селение не значится. В "Статистическом справочнике Таврической губернии 1915 года" в Владиславской волости Феодосийского уезда значится уже село Камыши Дальние.


title: Дальние Камыши

text: После установления в Крыму Советской власти, по постановлению Крымревкома от 8 января 1921 года была упразднена волостная система и село вошло во вновь созданный Владиславовский район Феодосийского уезда в состав Владиславовского сельсовета. В 1922 году уезды получили название округов. 11 октября 1923 года, согласно постановлению ВЦИК, в административное деление Крымской АССР были внесены изменения, в результате которых округа ликвидировались и Владиславовский район стал самостоятельной административной единицей. Декретом ВЦИК от 04 сентября 1924 года «Об упразднении некоторых районов Автономной Крымской С. С. Р.» в октябре 1924 года район был преобразован в Феодосийский и село включили в его состав. В 1925 году, в свете Постановления совещания по Советскому строительству при ЦИК СССР от 3 апреля 1925 года «Об увеличении числа сельсоветов», бы образован Дальне-Камышанский сельсовет. Согласно "Списку населённых пунктов Крымской АССР по Всесоюзной переписи 17 декабря 1926 года", в селе Камыши Дальние, центре "Дальне-Камышского" сельсовета Феодосийского района, числилось 160 дворов, из них 151 крестьянский, население составляло 701 человек, из них 693 русских, 3 украинца, 2 немца, 1 грек, 1 болгарин 1 записан в графе «прочие», действовала русская школа I ступени (пятилетка). Постановлением ВЦИК "«О реорганизации сети районов Крымской АССР»" от 30 октября 1930 года (по другим сведениям 15 сентября 1931 года Феодосийский район был упразднён и село включили в состав Старо-Крымского, а с образованием в 1935 году Кировского — в состав нового района.


title: Дальние Камыши

text: После освобождения Крыма от фашистов, 12 августа 1944 года было принято постановление № ГОКО-6372с «О переселении колхозников в районы Крыма» и в сентябре того же года в район приехали первые переселенцы, 428 семей, из Тамбовской области, а в начале 1950-х годов последовала вторая волна переселенцев. С 1954 года местами наиболее массового набора населения стали различные области Украины. С 25 июня 1946 года Дальние Камыши в составе Крымской области РСФСР, а 26 апреля 1954 года Крымская область была передана из состава РСФСР в состав УССР. Время включения села в состав Приморского пока не установлено — известно, что, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета УССР от 10 августа 1954 года «Об объединении сельсоветов, в связи с укрупнением колхозов», Ближне-Камышанский и Дальне-Камышанский сельсоветы были объединены в Береговой.


title: Глутамин-2-оксоглутаратаминотрансфераза

text: Глутамин-2-оксоглутаратаминотрансфераза или глутаматсинтаза (GOGAT, ГОГАТ) — фермент, катализирующий реакцию образования глутаминовой кислоты из глутамина и α-кетоглутарата. Вместе с глутамин-синтетазой (GS) играет центральную роль в ассимиляции азота фотосинтезирующими эукариотами и прокариотами, хотя встречается и у хемотрофных бактерий. Особо значима во многих морских экосистемах, где первичная продукция определяется доступностью неорганических соединений азота.


title: Глутамин-2-оксоглутаратаминотрансфераза

text: В качестве источника неорганического азота морские водоросли используют ионы нитрата и аммония. Оба соединения включаются в состав аминокислот в результате последовательной работы глутаминсинтетазы и глутаматсинтазы. Изоэнзимы GOGAT катализируют перенос амидного азота с глутамина на α-кетоглутарат (2-оксоглутарат), используя в качестве восстановителей NADH/NADPH или ферредоксин (соответственно NADH-GOGAT, NADPH-GOGAT и Fd-GOGAT). У фотосинтезирующих эукариот изоэнзимы GS и GOGAT работают в цитоплазме и строме хлоропласта.


title: Глутамин-2-оксоглутаратаминотрансфераза

text: Fd-GOGAT описана исключительно у цианобактерий и фотосинтезирующих эукариот, причём у последних она активна в хлоропласте, хотя у красных водорослей фермент закодирован в геноме пластид, а у сосудистых растений — в ядерном. NADH-GOGAT обнаружена в ядерном геноме сосудистых растений, грибов и диатомей. NADPH-GOGAT распространена у нефотосинтезирующих бактерий и архей.


title: Комплекс строений усадьбы Арендтов-Ребец (Симферополь)

text: Комплекс строений усадьбы Арендтов-Ребец - памятник градостроительства и архитектуры в Симферополе. Дом, где жил основоположник отечественного планеризма Н.А.Арендт.


text: Занимает участок между ул. К. Либкнехта (Долгоруковская) № 14 и Карла Маркса (бывшая Полицейская), № 25. Родовая усадьба Арендтов, в которой родились и жили многие потомки А. Ф. Арендта. Семья Арендтов оставила яркий след в истории русской медицины, науки, культуры. Имя Арендтов было увековечено современниками в наименовании симферопольской улицы в Новом городе (сейчас ул. Дзержинского) и амбулатории им. Н.А. Арендта (дом №42 по ул. Пушкина).


text: Из сохранившихся документов известно, что этот участок был в владении Арендта в 1843 году, а в 1858 году здесь уже существовала усадьба.


text: Согласно окладным и налоговым книгам Симферопольской городской управы усадьба включала жилой дом и служебные строения.


text: Первым владельцем ее был Андрей Федорович Арендт, брат петербургского лейб-медика Н.Ф. Арендта.


text: После смерти А.Ф. Арендта, согласно архивным документам, владелицей родовой усадьбы стала его вдова — Матрена Каллистратовна Арендт, урожденная Баптизманская.


text: По сведениям крымских историков и краеведов Н.А. Арендт родился 1 октября 1833г. именно в родовой усадьбе по ул. Долгоруковской. Он прожил здесь до окончания Симферопольской мужской гимназии 1849 году .


text: Вернулся в Симферополь в 1865 году. Вскоре женился на Софье, известной благотворительнице, писательнице, дочери Таврического вице-губернатора Сонцова Адриана Александровича.


text: В 1891 году Николай и Софья Арендты жили в бывшем родительском доме по улице Долгоруковской. В конце 1891 года они уехали на приобретенную ими небольшую дачу Мегафули под Ялтой (район поселка Иссары). 12 декабря 1893 года Н.А. Арендт умер и был похоронен на даче (в советское время перезахоронен в Ялте на Поликуровском мемориале) .


text: Естественно предположить проживание в усадьбе всех детей Андрея Федоровича и Матрены Каллистратовны Арендтов до достижения ими зрелого возраста или до момента приобретения ими своего жилья.


text: В конце XIX века дом Арендтов был выкуплен статским советником Ф.Я. Ребецом, известный как заслуженный учитель, преподаватель древних языков в Симферопольской мужской гимназии, знаток древностей, действительной член Таврической ученой архивной комиссии, один из авторов первого путеводителя по городу Симферополю «Третья учебная экскурсия Симферопольской мужской гимназии». Муж дочери Андрея Федоровича Арендта, Софьи. Владение выкуплено у племянниц её. Ф.Я.Ребец собирался построить на приобретенном участке большой дом со стороны ул. Екатерининской, но умер 19 ноября 1899 года. Нынешний дом №25 на ул. Карла Маркса (ранее ул. Екатерининская, №29) возведен госпожой Ребец в 1900-1901 годах. В доме по ул. Екатерининской, 29 жили она сама, ее племянница Н.К. Обольянинова (дочь сестры Натальи, по мужу Янушевской) и ее падчерица Б.Ф. Ребец — дочь мужа по первому браку.


text: Вся усадьба (бывшая Арендтов), включавшая территорию от ул.Долгоруковской до ул.Екатерининской (всего около 500 саженей) со всеми постройками была завещана С.А. Ребец странноприимному дому А.С.Таранова-Белозерова. Условиями завещания, оговоренными С.А.Ребец, были содержание в больнице данного учреждения ее нервнобольного пасынка Ф.Ф.Ребеца (сына мужа от первого брака), а также предоставление в пожизненное владение дома по ул. Екатерининской ее племяннице Н.К.Обольяниновой и падчерице Б.Ф.Ребец.


text: В 1921 году здесь жил командующий войсками Крымского района Киевского военного округа Иона Эммануилович Якир.


text: В дальнейшем усадьба национализирована и поделена на отдельные восемь квартир.


text: Решением Крымского облисполкома № 164 от 15.04.1986 усадьба Арендтов внесена под номером 3072 в список «Памятников местного и национального значения (архитектура и градостроительство, история, монументальное искусство)» как «Усадьба Арендтов (дом, где с 1833 - по 1850-е годы жил основоположник отечественного планеризма Н.А.Арендт)». Охранная зона - в пределах площади здания.. На здание 14 по ул. Карла Либкнехта была установлена мемориальная табличка. В 2009 году табличка со стены дома исчезла.


text: В 1998 году Республиканским комитетом по делам межнациональных отношений и депортированных граждан было принято решение о создании Республиканского крымскотатарского музея искусств, для музея было подобрано жилое здание — двухэтажное здание усадьбы, выходящее на ул. Карла Маркса. Проект реконструкции и реставрации здания был оценен в 380 тысяч у.е. Из государственного бюджета было выделено на отселение жильцов из восьми квартир 20 миллиардов купонов (130 тысяч у.е.). Остальные средства искали по программе ООН по развитию и интеграции Крыма. Здание было отдано сначала в аренду, а позднее передано в собственность аффилированной с крымско-татарским меджлисом (запрещён в РФ) структуре — благотворительному фонду «Крым».


text: Строители, приступили к работе до того как были решены финансовые и организационные вопросы, вскрыли крышу здания, поставили строительный забор, и остановили работы. Новые собственники по словам очевидцев, открыли воду, чтобы размыла фундамент. Так в те годы поступали с постройками, которые хотели уничтожить, объявив аварийными. В последующие годы под воздействием осадков стены здания без крыши начали разрушаться. [4]


text:
Спустя 10 лет, 23 октября 2008 года вышло постановление Верховного совета Автономной Республик Крым о приватизации здания:
Фонду имущества Автономной Республики Крым при приватизации объекта — нежилого здания, находящегося на балансе Крымского республиканского учреждения «Крымскотатарский музей искусств», переданного в пользование по договору аренды благотворительной организации "Фонд «Крым», расположенного по адресу: г. Симферополь, ул. К. Маркса, 25, определить одним из условий договора купли-продажи передачу бесплатно в состав имущества, принадлежащего Автономной Республике Крым, не менее 460 м2 помещений указанного здания для размещения Крымского республиканского учреждения «Крымскотатарский музей искусств» после завершения реконструкции здания на ул. К. Маркса, 25 в г. Симферополе.


text: В 2009 году здание выкупил «Фонд „Крым“» — благотворительная национальная организация, аффилированная с крымскотатарским меджлисом. Директор фонда «Крым» Реза Шевкиев — племянник Мустафы Джемилева, председателя меджлиса, экстремистской организации запрещённой в РФ в 2016 году.


text: В начале 2013 года в СМИ появилось сообщение о планах фонд «Крым» снести усадьбу Арендта и начать строительство девятиэтажного здания при финансовой помощи крупнейшей организации крымскотатарской диаспоры в Турции — Федерация крымских обществ (KIDF). Её председатель, крупный турецкий бизнесмен и миллионер, Ибраим Араджи в октябре 2013 года собрал в Симферополе журналистов и пообещал в ближайшее время построить «в престижном районе Симферополя» крымскотатарский дворец культуры и искусств


text: Члены «Общества защиты и сохранения культурного наследия» начали бороться за сохранение усадьбы летом 2012 года.


text:
По мнению общественника городские власти были также заинтересованы в уничтожении усадьбы:
Схема уже обкатана, прецедент создан: сначала горсовет судится с собственником, а, выиграв суд и заявив, что «там даже не сооружение, а остатки стройматериалов» (Агеев), подготавливает общественное мнение, и даёт команду здание разрушить. А «стройматериалы» складирует, объявив, что «мы готовы вернуть их собственнику», наверное, на случай возможных исков собственника.


text:
29 января 2013 года глава правительства Крыма Анатолий Могилёв заявил, что дом Арендта на улице Карла Маркса в Симферополе должен быть восстановлен в первоначальном виде:
С моей точки зрения, дом этот имеет свои исторические корни и, по логике, его необходимо восстановить, чтобы он был в том виде, в каком находился раньше. Ко мне приходили представители собственника этого дома, благотворительной организации «Фонд „Крым“», показывали проекты: предполагается снести этот дом и построить на его месте высотное здание. С точки зрения здравого смысла в центре Симферополя, где расположены максимум двух-, трёхэтажные здания, многоэтажка не совсем будет вписываться в архитектуру этого квартала. Поэтому я говорю: если собрались строить здание, то надо либо сохранить облик старого здания, либо сделать так, чтобы новое здание хотя бы вписывалось в общий архитектурный облик этого квартала. Оно не должно там торчать, как башня посреди поля. Это не нормально будет.
8 апреля 2013 года, по факту «циничного уничтожения старинного симферопольского комплекса-усадьбы Арендтов меджлисовским фондом „Крым“» в Генеральную прокуратуру Украины обратился заместитель директора Украинского филиала Института стран СНГ, депутат Верховного Совета Крыма трёх созывов Олег Родивилов. В заявлении отмечается, что здание дома Арендта «было приведено арендатором в аварийное состояние» и что в настоящее время владельцы фонда планируют вообще снести здание, ставшее аварийным благодаря их усилиям, и построить на этом месте офисно-торговый комплекс.


text: 26 июня 2013 года на пленарном заседании 63-ей сессии Симферопольского городского совета принято решение передать в аренду на 49 лет «для реконструкции нежилых зданий» под «Крымско-татарский культурный центр» с офисными помещениями и паркингом земельный участок «ориентировочной площадью» 0,16 га по улице Карла Маркса, 25, где расположена усадьба.


text: В августе 2013 года «Общества защиты и сохранения культурного наследия» удалось добиться присвоения дому Арендта статуса памятника архитектуры и истории.


text: Приказом Министерства культуры Украины от 14.08.2013 № 757 усадьба объявлена памятником истории, архитектуры местного значения с номером в реестре недвижимых памятников № 30721-АР.


text: Собственник здания, Фонд «Крым» в соответствии с законодательством Украины должен был подписать охранный договор и обеспечить охранные мероприятия здания. Вместо этого он подал на Реском АРК по охране культурного наследия и Министерство культуры Украины иск в окружной административный суд Симферополя с требованием решение Минкульта отменить, и признать действия ответчиков незаконными и противоправными. Вынос объекта из реестра дал бы "Фонду «Крым» возможность снести усадьбу.


text: 25 ноября 2013 года собственник здания выиграл иск против Министерства культуры Украины в Окружном административном суде Симферополя, который отменил решение о присвоении дому Арендта статуса памятника.


text: Но апелляционные жалобы по данному решению помимо Министерства культуры Украины подали: Украинское общество охраны памятников истории и культуры (УООПИиК, Киев), Общество защиты и сохранения культурного наследия (ОЗИСКН, Симферополь), Члены семьи Арендт в лице Марии Арендт (Москва). Общественная организация выиграла иск в Севастопольском апелляционном административном суде Республики Крым, и дом Арендта остался в статусе памятника истории и архитектуры.


text: После решения апелляционного суда собственник здания Фонд «Крым» крымскотатарского меджлиса обязан был либо восстановить дом Арендта и разместить там свой культурный центр, либо вернуть в собственность города в обмен на другой, равноценный, участок, на котором они смогут реализовать свои планы без ущерба своих интересов.


text: После решения апелляционного суда, мэр Симферополя Виктор Агеев заявил, что власти крымской столицы выступают за сохранение и восстановление дома-усадьбы Николая Арендта и городские власти готовы предоставить фонду «Крым» под строительство многоэтажного крымскотатарского культурного центра любой другой участок на территории Симферополя.


text: Хотя усадьба Арендтов-Ребеци была признана объектом исторического и архитектурного наследства, но от Фонда «Крым» даже комитет по охране культурного наследства не мог получить «охранный договор». Проиграв суд представители меджлиса, экстремистской организации запрещённой в РФ с 2016 года, начали «угрожать членам „Общества защиты и сохранения культурного наследия“ судами, угрожать соседям, сплетничать, наушничать; оскорблять усопших и живых родственников Арендтов-Ребец».


text: Cогласно статьи 43 закона РК о 11.09.2014 №68-3РК «Об объектах культурного наследия в Республике Крым» объекты, занесенные в списки памятников культурного наследия во времена Украинской ССР и Украины, принимаются под государственную охрану в соответствии с требованиями Российской Федерации. Усадьба зарегистрирована в Едином государственном реестре культурного наследия РФ под № 911720989200005.


text: 1 ноября 2014 года члены «Общества защиты и сохранения культурного наследия» обратились к крымским властям - к Сергею Аксенову, мэру В.Н.Агееву, в Государственный комитет по охране культурного наследия Республики Крыма, к прокурору Н.В.Поклонской с просьбой принять меры к собственнику здания, побудившие бы его здание сохранить, как этого требуют законы Российской Федерации. В случае отказа собственника общественники попросили принять меры, руководствуясь статьей 54 Федерального закона N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", согласно которой «если собственник объекта культурного наследия, включенного в реестр, не выполняет требований к сохранению объекта, то орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации, уполномоченный в области охраны объектов культурного наследия, обращается в суд с иском об изъятии объекта у собственника» .


text:
К 2014 году в некоторых элементах главного здания усадьбы появились трещины:
Уничтожение домов, составляющих исторический облик старого Симферополя, проходит обычно по стандартному плану. Их продают частным лицам. Новые владельцы хотят вместо обычного двух-, трехэтажного особняка построить огромное офисное здание в центре столицы, и начинается стремительное разрушение дома. Для этого обычно снимают крышу, выставляя старые стены под дождь, жару и мороз. Дают возможность всем кому не лень разворовывать, а то и просто крушить и ломать ради забавы. И ждут, когда здание дойдет до кондиции, которая позволит владельцам развести руками: ну что поделаешь, уже никакая реконструкция невозможна. Лучшей иллюстрацией сказанному, чем дом Ребец-Арендтов на Карла Маркса, не придумаешь. Стены дышат на ладан, пожалуй, к весне цель будет достигнута - здание упадёт. В результате за несколько лет из вполне приличных зданий получаются развалины, которые с чистым сердцем любая комиссия признает "аварийными»... Причём этот примитивный, но действенный приём используется и с более новыми, социально значимыми зданиями. Достаточно вспомнить разрушенный хлебозавод на улице Фрунзе и детский сад на улице Воровского, который передали институту МВД. Оба здания довели до аварийного состояния, а потом получили разрешения на их снос - для новой застройки.


text: 18 ноября 2014 года, председатель «Фонда «Крым» сообщил прессе, что ему уже присудили штраф в 350 тысяч рублей, по второй части иска к «Фонду «Крым» грозит штраф в пять миллионов рублей . Позже стало известно, что «Фонду «Крым» был присужден штраф 4,5 миллиона рублей. Все имущество и счета «Фонда «Крым» были арестованы как мера по обеспечению иска.


text: По состоянию на 01.01.2015 усадьба Арендтов единственный из 247 объектов культурного наследия Симферополя является аварийным и требует неотложных ремонтно-реставрационных работ (комплекс сооружений усадьбы Арендтов-Ребец, включающий: главный дом по ул. К. Маркса, 25 литера «А»; северный флигель по ул. Долгоруковской, 14 литера «Б» и южный флигель по ул. Долгоруковской, 14 литеры «Д», «Е» - памятник истории и архитектуры, учетный номер 3072-АР).


text: На 2016 год усадьба остается в собственности фонда «Крым», связанного с экстремистской организацией Мустафы Джемилёва, запрещенной в РФ.


text: Здание продолжает разрушаться. На 2018 год крымскими властями никаких мер не принято по консервации состояния здания. По законодательству РФ памятник может быть исключен из Госреестра РФ только в случае, если он полностью разрушен.


title: Гаранин, Михаил Михайлович

text: Михаил Михайлович Гаранин (23 мая 1896 — после 1936 года) — русский военный лётчик, участник Первой мировой и Гражданской войн. После Октябрьской революции служил в Красной армии. Кавалер ордена Святого Георгия 4-й степени (1917) и ордена Красного Знамени (1924).


title: Гаранин, Михаил Михайлович

text: Михаил Михайлович Гаранин родился 23 мая 1896 года в Пултуске (Варшавская губерния) в православной дворянской семье, его отец был капитаном. Образование получил в Суворовском кадетском корпусе, который окончил в 1914 году.


title: Гаранин, Михаил Михайлович

text: В 1915 году окончил Тверское кавалерийское училище, из которого был выпущен в 6-й Сибирский стрелковый полк. 1 июня 1915 года был произведён в прапорщики. С 17 июня 1916 года был внештатным лётчиком-наблюдателем в 21-м корпусном авиационном отряде, а с 1 октября был штатным наблюдателем в этом отряде. 26 февраля 1916 года был произведён в чин хорунжего. С 28 декабря 1916 года по 28 марта 1917 года проходил курс обучения в Севастопольской военной авиационной школе, после окончания которой служил в 6-м авиационном отряде истребителей. С 28 марта 1917 года был военным лётчиком в 21-м корпусном авиационном отряде. 31 марта получил чин военного лётчика, а 6 ноября произведён в чин сотника.


title: Гаранин, Михаил Михайлович

text: 6 декабря 1917 года лётчики Гаранин, Кондрюков и Крылов отправились в командировку в Минск, из этой командировки они не вернулись. 11 декабря Гаранаин был объявлен пропавшим без вести. Был призван на службу в Красную армию, принимал участие в Гражданской войне. 22 сентября 1927 года был назначен старшим лётчиком, а затем старшим инструктором в лётном отделе применения авиации Научно-испытательного института ВВС РККА. С 11 мая 1928 года находился в запасе Красной армии, 26 ноября 1936 года "«за невозможностью соответствующего использования»" был уволен в запас.


title: Гаранин, Михаил Михайлович

text: Михаил Михайлович Гаранин был удостоен следующими российскими и советской наградами:


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: Владислав Николаевич Майоров (12 ноября 1976, Рязань) — российский футболист, нападающий.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: Воспитанник рязанского футбола. В 1994 году в составе местного «Феникса» стал обладателем Суперкубка области, забив решающий гол в дополнительное время.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: На профессиональном уровне начал выступать в 1995 году в составе рязанского «Спартака». Провёл в команде четыре сезона, сыграв более 100 матчей во втором дивизионе. В начале 1998 года был на просмотре в ЦСКА.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: Летом 1998 года перешёл в сочинскую «Жемчужину». Дебютный матч в премьер-лиге России сыграл 8 августа 1998 года против ЦСКА. Всего за основную команду «Жемчужины» сыграл 2 матча в высшем дивизионе и одну игру в Кубке России.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: В начале 1999 года перешёл в украинский «Кривбасс». Дебютный матч в высшей лиге Украины сыграл 7 марта 1999 года против «Днепра», а первый гол забил 24 апреля 1999 года в ворота мариупольского «Металлурга». В весенней части сезона 1998/99 сыграл в высшей лиге 11 матчей и забил два гола, стал бронзовым призёром чемпионата. В новом сезоне из-за конфликта с тренером был сослан в дубль, где провёл три матча и уже в августе 1999 года покинул команду.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: Вернувшись в Россию, более двух лет из-за проблем с трансфером не мог играть в профессиональном футболе и выступал на любительском уровне за клубы Рязани. В 2002 году присоединился к профессиональной команде «Рязань-Агрокомплект», в её составе за четыре года сыграл 121 матч и забил 80 голов во втором дивизионе. Неоднократно становился лучшим бомбардиром своей команды и входил в число лучших бомбардиров второго дивизиона. В 2003 году установил клубный рекорд результативности за сезон — 25 голов.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: С 2006 года играл за другие рязанские клубы второго дивизиона — «Спартак-МЖК» и «Рязань». Со «Спартаком» стал победителем турнира второго дивизиона 2006 года, но в ходе следующего сезона команда прекратила существование. В 2008 году футболист завершил профессиональную карьеру и ещё некоторое время играл на любительском уровне.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: Всего за профессиональные клубы Рязани сыграл в первенствах страны 301 матч и забил 130 голов.


title: Майоров, Владислав Николаевич

text: В 2010-е годы работал в Рязани детским тренером. Также возглавлял клуб «АМКА», приводил его к победе в чемпионате области.Отец Николай Николаевич и старший брат Дмитрий играли в футбол на уровне любительских команд. Отец становился чемпионом области в 1970 году в составе команды ТКПО.


title: Numbers (альбом Woe, Is Me)

text: Number[s] — дебютный студийный альбом американской металкор-группы Woe, Is Me, выпущенный 30 августа 2010 года на Rise Records и его подразделении Velocity Records. Альбом был переиздан 16 июля 2012 года с Хансом Аллигудом и Эндрю Пайано, заменивших ушедших Тайлера Картера и Тима Шеррилла. Это единственный альбом, выпущенный в оригинальном составе до внутренних конфликтов в группе. Он был спродюсирован Кэмероном Мизеллем в его родном городе Орландо, штат Флорида.


Закон о запрете на сокрытие лица во Франции (, «Закон 2010—1192: Акт о запрете сокрытия лица в публичных местах») — принятый 14 сентября 2010 года Сенатом Франции закон, в соответствии с которым было запрещено ношение скрывающей лицо одежды, в том числе масок, шлемов, балаклав, никабов и других способов сокрытия лица, за исключением специально оговорённых случаев. Запрет также распространяется на бурку, а также одежде на всё тело, если она скрывает лицо. Соответственно, такая одежда и также попали под запрет. 13 июля 2010 года закон был одобрен Национальным Собранием Франции.


title: Закон о запрете на сокрытие лица во Франции

text: Сторонники запрета высказывают следующие аргументы:


text: В свою очередь, противники запрета считают, что запрет:


text: По состоянию на 11 апреля 2011 года запрещено ношение одежды или масок, скрывающих лицо, в публичных местах, таких, как улицы, магазины, музеи, общественный транспорт и парки. Запрет не распространяется на предметы одежды, скрывающие лицо, например, чадра не подпадает под запрет. Запрет распространяется на всех граждан, в том числе мужчин и немусульман, за исключением ряда случаев (например, при езде на мотоцикле или при проведении работ, требующих сокрытия лица) или в случае особых мероприятий (карнавалы). Нарушение закона карается штрафом в размере до 150 € и/или принудительным участием в образовательных программах. Также законом предусмотрено наказание в виде штрафа в размере 30'000 € и один год тюремного заключения для тех, кто принуждает (насилием, угрозами или применением силы) другого человека скрывать лицо. Наказание может быть утяжелено вдвое, если жертве меньше 18 лет.