Observando que, de conformidad con los Convenios de Ginebra de 1949Ibíd., vol. 75, Nos. 970 a 973., la tortura y los tratos inhumanos constituyen una violación grave de sus disposiciones y que, en virtud de los Estatutos del Tribunal Internacional para la ex Yugoslavia y del Tribunal Penal Internacional para el enjuiciamiento de los presuntos responsables de genocidio y otras violaciones graves del derecho internacional humanitario cometidas en el territorio de Rwanda y de los ciudadanos rwandeses presuntamente responsables de genocidio y otras violaciones de esa naturaleza cometidas en el territorio de Estados vecinos entre el 1° de enero y el 31 de diciembre de 1994, y del Estatuto de Roma de la Corte Penal InternacionalIbíd., vol. 2187, No. 38544., los actos de tortura pueden constituir crímenes de lesa humanidad y, cuando se cometen en una situación de conflicto armado, constituyen crímenes de guerra,
отмечая, что, согласно Женевским конвенциям 1949 годаIbid., vol. 75, Nos. 970-973., пытки и бесчеловечное обращение являются серьезными нарушениями и что, согласно уставу Международного трибунала по бывшей Югославии, уставу Международного уголовного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за геноцид и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории Руанды, и граждан Руанды, ответственных за геноцид и другие подобные нарушения, совершенные на территории соседних государств в период с 1 января по 31 декабря 1994 года, и Римскому статуту Международного уголовного судаIbid., vol. 2187, No. 38544., акты пыток могут представлять собой преступления против человечности, а при совершении в период вооруженного конфликта являются военными преступлениями,