Acknowledging that reductions in the numbers of deployed strategic nuclear warheads envisaged by the Treaty on Strategic Offensive Reductions ("the Moscow Treaty")See CD/1674. represent a positive step in the process of nuclear de-escalation between the United States of America and the Russian Federation, while stressing that reductions in deployments and in operational status cannot substitute for irreversible cuts in, and the total elimination of, nuclear weapons,
признавая, что сокращение числа развернутых стратегических ядерных боезарядов, предусмотренное Договором о сокращении стратегических наступательных потенциалов («Московский договор»)См. CD/1674., является позитивным шагом в процессе ядерной деэскалации в отношениях между Соединенными Штатами Америки и Российской Федерацией, и подчеркивая при этом, что сокращение количества развернутых вооружений и снижение степени их боевой готовности не могут заменить необратимого сокращения и полной ликвидации ядерного оружия,